Однако производители натурального молока не могут конкурировать с суррогатами.

Владельцы молочных предприятий не могут конкурировать с производителями молочных продуктов с суррогатами. Об этом заявили в студии ГТРК «Встречи на Вертковской» директоры хозяйств «Дороненское» и «Скала». Натуральное молоко выше по себестоимости, что делает его неконкурентоспособным, причем именно потребители из-за низкой покупательной способности выбирают продукты с молочными фальсификатами.

— Сегодня не может быть натурального молока в тетрапаке с конечной стоимостью ниже 45 рублей. Все, что не дотягивает до этой стоимости, молоком назвать очень сложно. Творог из натурального пастеризованного молока не может стоить меньше 70-80 рублей за 300 грамм (плюс надбавка в 10-15% в торговых сетях). Масло не может стоить меньше 270 рублей за килограмм, — констатировал Вадим Паньшин, генеральный директор холдинга ОАО «Доронинское», который расположен в Тогучинском районе Новосибирской области.

С ним полностью согласен Александр Апатьев, директор молочного предприятия ЗАО «Скала», которое базируется в Колыванском районе.

— Закупочная цена сырого молока сегодня крутится в пределах 20-22 рублей за литр без НДС. На пастеризацию уходит еще около 5-6 рублей, упаковка — еще 6 рублей. А еще есть логистика стоимостью 1-2 рубля за литр, при том, что в каждый магазин можно поставить максимально 100-200 литров, при том, что надо реализовать целую тонну. Вот и получается себестоимость около 40 рублей. А есть еще торговые надбавки. Мы часто видим молоко за 24 рубля, но как и из чего его делают? Как они выставили такую цену, на чем сэкономили? Самое плохое, что на упаковках таких продуктов написано «социальный товар». Это делается для того, чтобы поить незащищенные социальные слои ненатуральным молоком, — объяснил ситуацию Апатьев.

Владелец «Скала» не смог назвать актуальную себестоимость молочных продуктов, таких как творог и масло, поскольку его производство не занимается выпуском подобных товаров в промышленном масштабе. «Скала» делала творог из «возвратного молока» (невостребованное свежее и цельное молоко, которое простояло в магазинах сутки), но продукт из побочного сырья имел себестоимость в 150 рублей за кг, объемы производства были небольшие. Апатьев предположил, что целенаправленное производство потребует больше средств. А натуральный сыр не может стоить меньше 200 рублей за кг, поскольку такая сумма заложена только на сырье (на 1 кг сыра приходится 10 литров молока по средней закупочной цене). Стоимость производства натурального сыра и распространения его в торговых сетях владельцы «Доронинское» и «Скала» назвать затруднились.

Владельцы молочных производств не против существования продуктов с суррогатами, однако настаивают на спецмаркировке ненатуральных продуктов.

— Я не хочу конкурировать со своим натуральным молоком с продуктом, где молоко отсутствует, — признался Паньшин, добавив, что со своим новым брендом натуральной молочной продукции он выходил на рынок полтора года и с большими трудностями.

Яков Новоселов, директор «Сибирского Федерального центра оздоровительного питания» (НП «СФЦОП»), эксперт по организации и проведению санитарно-эпидемиологических экспертиз подтвердил, что новосибирским предпринимателям практически невозможно конкурировать с поставщиками молочных фальсификатов. Супермаркеты и магазины не готовы заниматься реализацией натуральных продуктов, поскольку прибыли от них меньше.

— Крупные торговые сети вообще предпочитают закупать зарубежную продукцию, поскольку она по большей части состоит из фальсификатов. Эти продукты дают большую прибыль, чем натуральные, торговая надбавка у суррогатных продуктов выше, поскольку их себестоимость гораздо ниже натуральных. А, как известно, большую часть стоимости в продукт добавляют именно торговые сети. Добавочная стоимость, вложенная производителем, составляет всего 15% от конечной величины надбавки, а 85% — решение торговых сетей. И эти 15% добавочной стоимости совершенно не позволяют развиваться молочным производствам, а повышение цен на продукцию со стороны производителя делают ее еще менее конкурентоспособной по сравнению с суррогатами, — объяснил ситуацию эксперт.

Новоселов уверен, что новосибирские малые и средние молочные предприятия редко использую суррогаты в производстве по финансовым причинам, поэтому чаще всего они поставляют цельное молоко.

— Новосибирские малые и средние предприятия имеют малые мощности, им финансово невыгодно покупать дорогое оборудование и тонны фальсификатов, устанавливать оборудование и обслуживать — дешевле производить натуральный продукт, — пояснил эксперт.

Однако новосибирские производители молока наравне с крупными компаниями получают коммерческие предложения об установке оборудования и продаже фальсификатов, чтобы довести сырое молоко до заявленной жирности.

— Если у молочного продукта не хватает заявленной жирности, то напиток искусственно обогащают, причем не только растительными жирами. Недавно мне пришлось письмо от одной компании, которая выслала мне коммерческое предложение по обогащению молока говяжьим жиром. Сейчас Роспотребнадзор научился определять наличие пальмового масла в продукте, поэтому придумали такую альтернативу. Сама компания-поставщик действует с 2013 года, у них есть красиво оформленный сайт, значит, компания развивается и удачно привлекает клиентов. Плюс они выслали мне рецепты «приготовления» молока с их жиром. Например, как сделать молоко с жирностью 3,2%. Они свои суррогаты называют АМЖ — аналог молочного жира, и во всех прайсах они указывают, что та система обнаружения фальсификатов, которая существует на территории РФ, настроена на то, чтобы определять растительный жир в составе молочных жиров, но никак не настроена находить близкий по происхождению говяжий жир. Мы написали негласное письмо Роспотребнадзору, чтобы узнать, есть ли у них необходимые технологии по обнаружению такого фальсификата, но ответ оказался отрицательным, — рассказал о практике общения с фирмами-поставщиками фальсификатов Вадим Паньшин.

На запрос о популярности «говяжьего» фальсификата Яков Новоселов, который мониторит результаты экспертиз на продукты питания в Новосибирской области, заметил, что популярны не животные, а растительные жиры.

— Говяжий жир редко используется в качестве фальсификатов, самый распространенный суррогат в молоке — это пальмовое масло. Для массового использования говяжьего жира нужны совсем другие объемы промышленного производства крупного рогатого скота, гораздо больше перерабатывающих предприятий, таких объемов в России сейчас нет, поэтому такой фальсификат встречается редко. А пальмовый жир мало того, что стоит относительно дешево, он практически не выявляется надзорными органами, поэтому недобросовестным производителям не нужно искать замену и стараться спрятать некачественную продукцию. Федеральное законодательство с 2002 года сильно ограничило полномочия надзорных органов, например, составило жесткий регламент проверок. Надзорные органы не могут беспокоить предприятие чаще одного раза в три года и при этом обязаны прислать предприятию уведомление о проверке за полгода. Естественно, когда инспекторы приходят, никаких нарушений уже нет. Внеплановая проверка проводится только по справке из медучреждения об отравлении неких лиц некачественными продуктами питания, — рассказал о своих наблюдениях глава НП «СФЦОП».

Кроме трудностей на пути на прилавки крупных торговых сетей, новосибирские производители молока не могут зайти на рынок питания в социальных учреждениях области, таких как школа, детский дом и детский сад. Предложения производителей натурального молока на торгах, проводимых госучреждениями, совершенно неконкурентоспособно по сравнению с предложениями производителей молочных суррогатов.

— Конечно, мы заинтересованы в том, чтобы продвигаться на рынке социального питания. Но чтобы «залезть» в сегмент школьного питания — я не знаю, что можно сделать. Я не понимаю, как работают торги, которые там организовывают, по какому принципу они выбирают поставщиков. Наша компания пыталась выйти на этот рынок, честно пыталась, полгода убили на это — бесполезно, — рассказал о своем опыте продвижения глава холдинга «Доронинское».

Яков Новоселов, проверяющий качество школьного питания совместно с независимыми экспертами и Роспотребнадзором больше пяти лет, отмечает, что качество питания для детей в социальных учреждениях Новосибирской области находится на катастрофически низком уровне именно потому, что новосибирские производители не могут пробиться на рынок социального питания.

— Было выявлено ужасающее количество фальсификатов в детском питании в социальных учреждениях, в том числе в молоке и молочной продукции — в масле и сырах. Из оцененных образцов продуктов более 80% содержали суррогаты. Результаты независимой экспертизы показали, что молочная продукция по большей части покупается не у новосибирских предприятий, а везется из Алтайского края, Урала, Поволжья и Центральной части России, причем по завышенным закупочным ценам, намного выше, чем средняя цена по рынку. Объем рынка детского питания в социальных учреждениях оценивается в 8 млрд рублей ежегодно, эти деньги могли бы стать неплохим подспорьем для новосибирских хозяйств и предприятий. Но производители натуральной продукции не могут конкурировать с поставщиками фальсификатов на торгах, поскольку система закупок строится так, что конкурсы просто не проводятся, — рассказал Яковлев корреспонденту Infopro54.

Сами производители молока области гарантируют достаточные объемы производства, чтобы покрыть потребности социальных учреждений хотя бы одного района.

— Я знаю, что производство «Доронинского» способно закрыть потребности всех школ и садиков в Тогучинском районе, как я могу закрыть потребность всех школ в Колыванском районе по творогу и молоку. Но этого не происходит. Предложение натурального молока есть, но чтобы это предложение реализовалось, нужно чтобы подключилась власть, которая должна быть заинтересована, чтобы дети пили натуральное молоко, качество которого новосибирские производители гарантируют. Но до сих пор в Колыванском районе некоторые школы берут сухое молоко, привезенное от неизвестного поставщика. А ведь наше предприятие совсем рядом, всего лишь 8 километром по асфальтной дороге, — высказал свое мнение Апатьев, комментируя ситуацию на рынке питания в социальных учреждениях.

Фото: Ростислав Нетисов

Анна Калинина