На этой неделе утвердят состав областной комиссии по лицензированию управляющих компаний многоквартирных домов. Улучшит ли это ситуацию в жилищно-коммунальном хозяйстве области? Об этом мы поговорили с исполнительным директором новосибирского Фонда защиты прав потребителей Евгением Митрофановым.

Normal 0 false false false RU JA X-NONE

До первого мая 2015 года все управляющие компании (УК) должны будут получить лицензию, а руководители — сдать квалификационный экзамен. В состав комиссии войдут 20 человек. Там буду представлены саморегулируемые общественные организации в сфере ЖКХ и строительства, Совет муниципальных образований области, Общественная палата, региональный Фонд модернизации ЖКХ, Новосибирский областной учебный центр, депутаты Законодательного Собрания и чиновники регионального правительства. В федеральном Приказе рекомендуется всю информацию о кандидатах, с именами и фамилиями, должностями, уровнем образования и стажем работы в сфере, вывешивать на сайте полномочного органа — в нашем случае это Министерство ЖКХ и энергетики НСО — и обновлять данные каждые три дня. К сожалению, ничего подобного мы не обнаружили. Однако в Фонде защиты прав потребителей список кандидатов есть. И некоторые его пункты вызывают вопросы. Впрочем, как и сама реформа по лицензированию УК.

— Евгений Бойевич, а Вы в списке кандидатов числитесь?

— Нет. И я не стремлюсь туда. Там такой междусобойчик: удивляюсь, как эти люди туда попали! Самый большой вопрос возникает по поводу Сергея Аверьяскина, директора Новосибирского архитектурно-строительного колледжа, где готовят кадры для ЖКХ и строительства. А ещё он один из учредителей и директоров частной организации НП «ЖКХ. Контроль — Новосибирск», которая занимается консультированием по вопросам коммерческой деятельности и управления. Они известны тем, что активно сотрудничают с министром ЖКХ и строительства Д. В. Вершининым. В общем, на мой взгляд, очевидный конфликт интересов: человек, который готовит сотрудников для жилищно-коммунальной сферы, и он же будет принимать решение о лицензировании и аттестации. Кстати, управляющие компании от Аверьяскина уже получали предложения пройти обучение за 500 тысяч рублей. Все, конечно, законно — доход колледжа. Но где гарантия, что это не станет негласным условием для получения лицензии или аттестации? «ЖКХ. Контроль — Новосибирск», насколько я понимаю, и готовило проект общего положения по лицензионной комиссии на деньги, полученные по гранту Новосибирской области. В общем, мы с коллегами из Общественного совета при Государственной жилищной инспекции (ГЖИ) уже направили письмо губернатору с просьбой об исключении Сергея Аверьяскина из числе кандидатов в члены комиссии по лицензированию.

— А кого бы Вы хотели видеть среди членов комиссии?

— Мы бы хотели, чтобы там были члены Общественного совета при ГЖИ, которые не готовят кадры для управляющих компаний, не работают на этом рынке. На наш взгляд, так было бы объективнее. Конечно, в Совете есть и учредители управляющих компаний. Но я считаю, что это не повод, чтобы им отказали во включении в лицензионную комиссию. Просто надо будет при заполнении анкеты указать, что ты являешься учредителем УК и что твое мнение может быть в каких-то вопросах ангажировано. Ряд общественных организаций направил своих представителей, которые предварительно были рассмотрены и на Общественном совете при ГЖИ, а перед этим утверждены собраниями и конференциями, но эти кандидатуры министерство отклонило. Обещали дать официальный ответ. Ждём.

Хотя Положение о комиссии по лицензированию написано так, что я вообще не понимаю, кто может туда войти. Даже на Совете этот вопрос обсуждали: некоторые условия, если формально подходить, практически невозможно выполнить. Например, приветствуется дополнительное образование или переподготовка в сфере жилищно-коммунального хозяйства по управлению многоквартирными домами.

— А где у нас можно получить профильное образование в сфере ЖКХ? Насколько я понимаю, необходимость обучения в этой сфере появилась буквально пару лет назад.

— Вот именно. Или ещё одно условие — стаж работы в сфере ЖКХ за последние три года. Причём надо предоставить бухгалтерский баланс той организации, где работал кандидат. Это сделано для того, чтобы удостовериться, что компания достаточно устойчиво осуществляла свою деятельность.

— И для чего это сделано?

— Видимо, эти люди вместе с министром сознательно так составили Положение, чтобы в комиссию вошли конкретные кандидатуры. Сами под себя написали. Наверно, Аверьяскин и решит, кто туда попадет: будете у меня учиться — пройдёте, не будете — не пройдёте.  

— В проекте состава комиссии есть представители саморегулирующихся организаций (СРО). В Новосибирской области это «Сибирский межрегиональный центр регулирования деятельности в сфере ЖКХ». На Ваш взгляд, его деятельность эффективна? Нет ли здесь дублирования функций?

— На мой взгляд, СРО в российских условиях себя дискредитировали. Это хорошо видно на примере СРО оценщиков и СРО строителей. Первоначально эти организации создавались для осуществления дополнительного контроля изнутри, со стороны представителей самой профессии.  Это должно было повысить ответственность организаций, укрепить понятие о репутации, как раньше в купеческих гильдиях.  Но всё превратилось в профанацию. За деньги они любого готовы принять в свои ряды. Вся их деятельность основана на деньгах.

— Может быть, и необходимость создания лицензионной комиссии возникла как раз потому, что СРО не справляются со своими функциями?

— В определённой степени, думаю, что да. Ведь к управляющим компаниям очень много нареканий. Пришла комиссия, оштрафовала УК, допустим на две тысячи, те заплатили из общего котла, повысив тарифы на две копейки, — и дальше работают. Для них все эти штрафы, административная ответственность — ни по чём. И контроль СРО никак не изменил ситуацию.

У управляющих компаний есть резон держаться за многоквартирные дома, и потеря даже одного для них будет ощутимой. А вы же знаете, что теперь жильцы могут пожаловаться в жилищную инспекцию, и если УК дважды не устранит замечание, то может лишиться дома. А если у неё заберут 15 % домов, то и вовсе навсегда потеряет лицензию. Правда у жильцов есть возможность наложить право вето на решение ГЖИ и оставить свой дом в ведении управляющей компании.

— Значимость ГЖИ повысится, но сможет ли инспекция реально повлиять на  ситуацию в жилищно-коммунальном комплексе?

— Думаю, сможет, если захочет. Да и у самих граждан появиться большая свобода действий. Теперь–то они будут знать, что можно обратиться в жилищную инспекцию, которая обладает реальными полномочиями.  Станет проще значительно.

Я совершенно уверен в порядочности И. В. Лобарева, начальника областного ГЖИ, а вот в его инспекторах — потому что приходилось сталкиваться — нет. Они зачастую ангажированы в пользу УК. Жалобщиков много, а управляющая компания своя, и она, естественно, думает о благосостоянии инспектора. Хотя, конечно, не пойман — не вор, но иногда очевидно, что они саботируют жалобы жильцов.

Скоро работа инспекторов должна стать более прозрачной. Создан общественный портал, на котором можно найти ссылки на сайты всех домов Новосибирской области. С нового года любое действие инспектора по конкретному дому будет отражаться на соответствующем сайте. Так, если инспектор ГЖИ составил протокол, акт или выписал предписание, то эти документы автоматически будут размещаться в сети. Скрыты будут только персональные данные. Таким образом любой житель может отслеживать действия ГЖИ. Уже к середине года на этом же ресурсе появится информация по всем решениям, принятым начальником ГЖИ и его заместителем.

— А после введения лицензий не получится, что УК будут отказываться от аварийных и ветхих домов? Ведь абсолютно не реально привести такое жильё в порядок.

— Эти дома — предмет торга управляющих компаний с муниципалитетом. Если у вас на балансе есть такое жилье, то это, во-первых, возможность преференций от мэрии: «Мы же взяли пять таких домов, дай нам ещё нормальных три». Они могут сказать жильцам: «Давайте, скиньтесь на ремонт, а мы вам всё починим». При этом у УК есть свои «прикормленные» компании, которые по особому тарифу могут провести все работы. Во-вторых, у них есть возможность вклиниться в региональную программу капитального ремонта многоквартирных домов и из этого источника освоить какую-то достаточно приличную сумму. В конце концов, капитальный ремонт проводится только за деньги жильцов и с согласия собственников. Текущий ремонт, как правило, и раньше многими управляющими компаниями не делался.

У начальника ГЖИ на этот счёт есть своя точка зрения, которая была озвучена на пресс-конференции 5 декабря. Он считает, что по закону УК не имеет права в одностороннем порядке расторгнуть договор управления, если нет на то согласия собственников. Поэтому отказаться от дома управляющая компания может только через суд.

— Все ли условия лицензирования и аттестации, на ваш взгляд, выполнимы для новосибирских управляющих компаний?

— Думаю, там не будет никаких чрезмерных требований. Для крупнейших УК, таких как группа компаний F1, УК «СПАС-Дом», ООО «Петер Дуссманн-Восток» по политическим причинам эта процедура, скорее всего, будет формальной. Их никто не тронет — себе дороже. А вот всякая мелочь, УК, у которых несколько домов в управлении могут оказаться в сложной ситуации.

Хотя, если руководитель пару лет проработал в сфере, думаю, этого будет достаточно, чтобы получить аккредитацию. И. В. Лобарев рассказывал, что проходил этот экзамен и набрал 98 баллов из 100.

При лицензировании есть пункт о раскрытии информации. И это, бесспорно, позитивный шаг в части прозрачности рынка. Ведь добиться какой-то конкретики, допустим, по составляющим тарифам, от управляющих компаний всегда большая проблема. Бывает, что в смету закладывают по 4 тысячи рублей в месяц только на помывку пола лифта.

Кроме этого, сегодня в части раскрытия информации Министерство строительства и ЖКХ РФ разработало ряд документов, из которых следует, что раскрывать УК обязаны практически всю информацию. За нераскрытие даже части данных будут огромные штрафы.

— Какие самые распространённые жалобы?

— Рост тарифов. И здесь я бы посоветовал потребителям, если они с чем-то не согласны, просто не платить.

— Пеня-то капает.

— Пусть взыщут через суд.

— Чтобы не потребитель подавал в суд, а на потребителя подавали в суд?

— Да, защищаться проще, особенно в этой ситуации. В суде, может, и насчитают какую-то часть суммы, или, скорее всего, вообще рукой махнут. Потому что тяжело доказать какие-то вещи, которые фактически не делаются. 

Например, есть проблема температуры системы отопления. Вообще-то за этим должна следить управляющая компания, но этого практически никогда не делается. Тогда жилец пишет заявление в УК, а копию направляет в жилищную инспекцию. Приходит инспектор, представитель ГЖИ, УК, они замеряют температуру теплоносителя, фиксируют, что она не соответствует нормативам. Так вот, со дня, когда составлен этот акт, и до момента, когда составят следующий, в котором будет зафиксировано, что всё в порядке, пройдёт довольно длительное время, в течение которого можно либо вообще не платить, либо затем взыскать с управляющей компании по суду эту сумму. И сделать это будет достаточно просто, ведь у тебя на руках акт. По той же схеме можно добиваться правды по общедомовым счётчикам.

— Не будет ли лицензирование поводом для создания единого набора услуг, оказываемых управляющими компаниями?

— Смысла в этом нет, на рынке большая конкуренции. Очень сложно уйти от одной УК к другой. Бывает даже окна бьют и машины жгут. Как правило, любой собственник ставит задачу своему менеджменту: ни один дом не должен быть упущен. Это прямая потеря доходов, плюс создание неприятного прецедента. Одни ушли, вторые посмотрели, что у первых ситуация улучшилась, тоже ушли.  Так можно бизнес порушить.

— А что делать жителям ветхого жилья?

— Им в любом случае будет плохо. Что в УК, что в ТСЖ — их ничего не спасёт.

— А есть примеры, когда уходили от управляющих компаний в ТСЖ?

— Таких примеров много. Я считаю, ТСЖ — более перспективная, прозрачная, понятная, дешёвая и эффективная форма по сравнению с УК. Хотя бы в силу того, что она контролируется лучше. Там нет дельты, которая уходит на прибыль.

В основном, когда переходят в ТСЖ, то назад уже не возвращаются. У людей меняется отношение к своему двору, оно становится более хозяйским. ГЖИ совместно с Общественным советом создали более десятка фильмов о работе лучших ТСЖ Новосибирска — их опыте решения конкретных задач.

В Омске есть позитивный опыт взыскания с мэрии расходов на капитальный ремонт, который не был проведён муниципалитетом до начала приватизации. В Новосибирске тоже есть подобный прецедент.

— Введение лицензирования приведёт к росту тарифов?

— Приведёт. Эти расходы УК не возьмет на себя, а переложит на конечного потребителя. Обучение сотрудников, подготовка документов, закупка нового оборудования — всё внесут в тарифы. Раньше раскидывали на всех штрафы, сейчас появятся дополнительные статьи расходов.

— И все-таки от лицензирования больше плюсов или минусов?

— У лицензирования больше плюсов. Потому что больше контроля появляется. По крайней мере, становится понятно, чего добиваться от управляющих компаний.

Фото: из личного архива Е. Б. Митрофанова, shutterstock.com