Желающие поехать с поисковой экспедицией этим летом в город Белый проходят последние испытания. Школьники сдают экзамены по истории бердского рубежа, военной археологии, медицине и сапёрному делу. А потом самых лучших тестируют на психологическую совместимость.

В экспедицию отправится не более 25 человек, желающих — на порядок больше, поэтому и отбор такой жёсткий. На поиски безымянных могил времен Великой Отечественной ездят ребята старше 14 лет из бердских школ и кадетского корпуса.

Экспедиция проходит в августе. За месяц раскопок дети очень сильно меняются. Как сказала мать одного из поисковиков: «Вы у меня забрали дитя, а вернули мужчину».

Бердский поисковый отряд «Кондор» был создан в 2003 году. За это время состоялось 13 экспедиций, в основном в город Белый — побратим Бердска. В них участвовало более 300 ребят.

Руководитель отряда «Кондор» Сергей Зверев говорит, что найти останки — это полдела. Самая великая награда для поисковика ни знаки отличия, ни медальки — разыскать родственников найденных бойцов.

— Помню самого первого солдата. Это ещё в 2003 году был Григорий Емшанов, кавалерист из Кировской области. Нам удалось разыскать его дочь, которая приехала на могилу отца в город Белый. Когда пришло извещение о том, что отец пропал без вести, многие стали говорить, что она дочь предателя. Из-за этого ни в пионеры, ни в комсомол не приняли. Больше всего её дразнил сосед — рыжий мальчишка. И когда спустя много лет она получила от нас извещение, то пошла и бросила это письмо ему в лицо: «На, смотри, мой отец геройски погиб, он не предатель!».

За 12 лет работы клуба подняли 482 бойца, нашли 36 медальонов, прочитать из которых удалось только половину. 15 из них принадлежали бердчанам. И это не удивительно, ведь 150-я добровольческая стрелковая дивизия, практически полностью уничтоженная под Белым, формировалась в Новосибирске, а два полка — именно в городе Бердске.

Ученики восьмого класса школы № 9 Алина Пилипенко и Сергей Порохин с первого класса занимаются в кружке, но пока только готовятся к экспедиции. Они уже успешно сдали экзамены и, скорее всего, в августе поедут в Белый.

Их деды и прадеды тоже воевали. О Великой Отечественной ребята узнают по рассказам родителей и учителей, школьным учебникам, хотя и понимают, что с настоящей войной можно будет соприкоснуться только на раскопках.

— Из всех событий Великой Отечественной войны меня больше всего поразил подвиг панфиловцев. Они столько дел сделали: танки подбили, целую роту остановили. И никто не выжил, — делится Сергей. — Мне бы хотелось самому найти останки бойца или медальон. Ведь соприкоснуться с той войной можно только на раскопках.

Самый сложный экзамен у ребят уже позади — это сапёрное дело. Для поисковиков — предмет жизненно необходимый. Леса под городом Белый изобилуют боеприпасами. За последние 10 лет там пострадали полторы тысячи поисковиков, чёрных копателей — ещё больше. К счастью, в отряде «Кондор» никогда ЧП не случалось:

— Был у нас случай в 2004 году: воронку копал один парнишка, крупный такой, — вспоминает Сергей Зверев. — Выкопал уже яму глубокую, метр тридцать где-то. Провёл лопатой, что-то достал и говорит: «Я колечко нашёл», — и на пальце крутит. Я ему: «Это же чека от гранаты!». Он мигом оттуда выскочил, упал на землю, руки на голову — как полагается по инструкции. Обошлось. Граната была глиной хорошо сжата. Он хоть и отрубил чеку, но она не сработала.

Было ещё хуже. В позапрошлом году один кадет идёт и трясёт противопехотной миной, которую ставят на растяжку. Я ему: «Ты что делаешь?». «Несу». «Тебе, что было сказано: зови старшего». «Так, я и несу старшему». Ночью эта мина взорвалась.

Среди трофеев, привезённых бердчанами из экспедиций, — медальоны, остатки вооружения и боеприпасов, солдатские письма, предметы быта. Всё это поисковики отдают в городской и школьные музеи.

Прошедшие поисковую экспедицию начинают иначе относиться к истории. Они легко распознают несуразицы кинематографа: смеются, если видят в фильмах о войне обутых в сапоги солдат. Они-то знают, что до 44-го все бойцы ходили в ботинках и онучах. Но главное — меняется отношение к войне. Она уже не исторический факт, сюжет из романа или семейной истории, она становится живой, осязаемой.

— Несколько лет назад мы проводили раскопки на месте госпиталя, — рассказывает главный кондоровец Сергей Зверев. — Его немцы сначала разбомбили, а потом пришли добивать выживших. Мы нашли медсестру с раздробленным черепом, значит её прикладами били. У одного бойца черенок лопаты через череп проходил — его зверски добивали. Ребята же всё это видят и понимают, что такое жестокость, что такое война. У них характер совершенно другим становится.

Участники поисковых операций порой не могут точно сказать, почему их тянет в экспедицию, ради чего они готовы совершать пешие походы по 20—30 километров, работать и в жару, и в ливень, терпеть насекомых и отсутствие каких бы то ни было удобств. Конечно, после первой экспедиции многие понимают, что этого опыта им достаточно. Других затягивает на многие годы.

Максим Михайлов не пропустил ни одной поездки с 2005 года. Сейчас ему 26, он окончил вуз, работает, но оставлять поисковое дело не собирается:

— Самой запоминающейся была моя первая поездка. Тогда, в 2005 году, мы подняли 32 человека. Конечно, переживаешь неповторимые эмоции, когда поднимаешь первого своего солдата, потом находишь первого родственника. Некоторым из них удаётся приехать на место раскопок, мы им рассказываем, где нашли останки, как нашли. Даём землю, в которой лежал боец. Им, конечно, тяжело. Они плачут. И нас это сильно меняет.

Фото: Ростислав Нетисов