Академик назвал Баженовскую свиту в Западной Сибири главным резервом наращивания добычи российского «черного золота».

— Наши работы показали, что те технологии добычи сланцевой нефти, которые разработаны в США, в условиях Баженовской свиты будут работать ограниченно. В лучшем случае 5-10 % баженовской нефти можно добыть с этими технологиями, а для нормальной эффективной работы свиты нужно создание принципиально новых технологий, — сообщил журналистам научный руководитель Института нефтегазовой геологии и геофизики СО РАН, академик РАН Алексей Конторович.

Баженовская свита — группа нефтесодержащих пластов горных пород в Западной Сибири площадью около 1 млн квадратных километров, она содержит трудноизвлекаемую нефть, глубина залегания слоя толщиной в несколько десятков метров составляет два-три километра. Запасы оцениваются в 10-30 млрд тонн. Министр энергетики РФ Александр Новак назвал Баженовскую свиту одним из самых перспективных месторождений.

— Если мы пойдем традиционными путями, то удержать добычу нефти на нынешнем уровне надолго нам не удастся. И главным резервом для наращивания добычи нефти является Баженовская свита. Александр Валентинович был в этом отношении абсолютно прав, и эту линию и проводит наш институт и я лично, — сказал Конторович.

По его словам, природа коллектора в Баженовской свите принципиально иная, чем в тех сланцевых толщах, с которыми работали ученые в США.

— Поэтому я считаю первостепенным создание мощной программы научных исследований для решения этой задачи в России. Американцы для того, чтобы освоить сланцевую нефть, потратили 30 лет и 30 млрд долларов. Если вы сравните доллар сегодняшний и доллар 30 лет назад, то в сегодняшних деньгах это будет 60-70 млрд долларов, — отметил академик.

Он подчеркнул, что сейчас в экономике нет таких денег, да и 30 лет у России в запасе нет.

— Нужно создать мощный эффективный научный коллектив, а, может быть, несколько конкурирующих коллективов, чтобы прорабатывать разные варианты, как это делалось с ракетами и самолетами. У нас практика в стране такая есть. И решить эту задачу за 7-10 лет, — считает Конторович.

По его мнению, с учетом опытных установок и опытно-промышленных работ на разработку технологии добычи баженовской нефти может быть затрачено 5-10 млрд долларов.

— В условиях санкционного давления, которое сейчас есть, конечно, мы должны вернутся к тому, чтобы разрабатывать технологии, восстанавливать их. Но здесь нужно понимать, что на нынешнем этапе очень важную роль играет резкое снижение цен на нефть. Поэтому создавать дорогостоящие технологии, то, что называется «мы за ценой не постоим», сейчас совершенно бессмысленно. Новые технологии должны быть низко затратными, только в этом случае сможем выиграть эту битву за нефть, — считает директор Института нефтегазовой технологии и геофизики СО РАН, академик РАН Михаил Эпов.

Он сообщил, что раньше, когда цена барреля нефти была выше 100 долларов, развивались все технологии, причем тенденция была к их удорожанию. И чем дороже была добыча нефти, тем выше была ее цена.

— Сейчас это не будет работать. Будут работать те технологии, которые обеспечивают минимум затрат при максимуме эффективности, — сказал он.

С 19 по 22 апреля в Новосибирске а площадке Института нефтегазовой геологии и геофизики проходит международная научная конференция «Недропользование. Горное дело. Направления и технологии поиска, разведки и разработки месторождений полезных ископаемых. Экономика. Геоэкология» в рамках XII международных научного конгресса и выставки «ИнтерЭкспо ГЕО-Сибирь–2016».

Ведущие российские и зарубежные ученые обсуждают наиболее актуальные вопросы геологии и геохимии нефти и газа, палеонтологии, геофизики, геомеханики, геофизического и геохимического приборостроения, горного дела, развития нефтегазового комплекса; эффективности функционирования компаний тепло-энергетического комплекса; государственного управления в отраслях нефтегазового сектора; энергетических рынков и оценки инвестиционных проектов.

Пленарный доклад академика Конторовича на конференции был посвящен новой парадигме разведки и добычи углеводородного сырья в России XXI столетия.

— От экстенсивной модели мы должны перейти к интенсивной… Мы должны создать новый облик нефтегазовой промышленности как «умной» и культурной», — цитирует его пресс-служба СО РАН.

Он назвал основные компоненты интенсивной модели: продвижение в сравнительно удаленные нефтегазоносные провинции (такие, как Лено-Тунгусская), освоение новых геологических источников (Баженовская свита), работа на мелких и мельчайших месторождениях с привлечением малого бизнеса.

Фото: Vladimir Lysenko