Минимальная заработная плата для молодых ученых может возрасти до 30-40 тысяч рублей и выровняться по всей стране. С соответствующими предложениями сибирские ученые выступили на встрече с министром науки и высшего образования РФ Валерием Фальковым.  Об этом в ходе пресс-конференции в ТАСС, отвечая на вопросы журналистов новосибирских СМИ, сообщил председатель СО РАН, академик Валентин Пармон.

— Основной вопрос, который поднимался на встрече с министром науки и высшего образования Валерием Фальковым директорами сибирских институтов и научной молодежью, — это вопрос заработной платы, — говорит Пармон. — Чтобы наука стала точкой притяжения молодежи, необходимо выполнение, как минимум, 4—5 условий. Важнейший вопрос — это необидная заработная плата. Готовятся предложения. Я надеюсь, что они будут руководством России реализованы. Они связаны с тем, что, прежде всего, для младшего научного персонала (молодежь — это всегда младший научный персонал) должна быть поднята планка заработных плат.

При этом в некоторых из сибирских регионов реализуется программа поддержки трудоустройства молодых людей в научные организации, например в Томске.

— В этом году министерство запустило программу поддержки трудоустройства лучших выпускников в университеты и выделило очень приличный ресурс, — рассказывает ректор Томского госуниверситета Эдуард Галажинский. — По этой программе мы ввели около 200 новых штатных единиц научных сотрудников. Условие было такое, что 9 месяцев финансирует министерство, 3 месяца — университет. То есть, по сути, в стране были созданы тысячи рабочих мест. Мы объявляли открытый конкурс, и заявки на участие подавали ребята со всей страны. Конечно, ситуацию с зарплатой нужно немного подработать с точки зрения нижней минимальной ставки, потому что она сегодня очень разная, и мы должны какие-то разумные гарантии обеспечить молодежи.

Помимо заработной платы, как рассказывает Валентин Пармон, на федеральном уровне необходимо решить еще ряд задач материального характера для привлечения молодежи в науку. Соответствующие предложения также были обговорены с министром.

— Если молодой человек идет в экспериментальную область, то должно быть нормальное современное оборудование, — считает академик. — Вот здесь мы при обсуждении с министром нашли очень много подводных камней, связанных с тем, что нынешняя система обновления оборудования не очень настроена на регионы. При существующей системе дооборудуются и переоборудуются только институты первой категории, к которой в регионах принадлежат далеко не все институты. Безусловно, у молодого человека должно быть жилье. Здесь огромная проблема: до сих пор не решен вопрос относительно создания арендного жилья для выпускников аспирантур. Для молодежи, которая не выбрала, где она будет оставаться, этот вопрос остался открытым. Министр обещал подвижки в этом направлении. Наконец, последним условием является комфортное окружение, где можно было бы заниматься спортом, культурой, встречаться с товарищами. Что касается комфортной социальной структуры, то это одна из задач программы «Большой университет» в Томске. В Новосибирском научном центре это программа «Академгородок 2.0».

О необходимости улучшать исследовательскую среду заявляют и руководители вузов, выпускающих будущих ученых.

— Мне кажется, что, помимо инфраструктуры (хотя эта составляющая, безусловно, очень важна), молодежь идет туда, где интересно, где есть перспектива, — считает ректор Сибирского федерального университета (Красноярск) Максим Румянцев. — Наша задача — создавать такие условия. Для нас важно задать ту планку, которая касается качества исследовательской среды.

Стоит отметить, что ситуация с зарплатами новосибирских ученых получила огласку на федеральном уровне в начале февраля, когда ученая Института цитологии и генетики СО РАН Анастасия Проскурина обратилась напрямую к президенту РФ Владимиру Путину сообщив о попытках замаскировать низкие зарплаты научных сотрудников путем их перевода на полставки.