Хирурги Новосибирской областной больницы выполняют порядка 50 пересадок печени в год. В трети случаев для этого используют фрагменты органов от живых доноров. Такая сложная технология сопряжена с рисками, поэтому доступна далеко не в каждом медцентре страны, пояснили в региональном Минздраве.

По словам руководителя центра трансплантации и хирургии печени НОКБ Ивана Поршенникова, чаще всего к операционному столу приводят последствия цирроза. Однако сам цирроз — это финальная стадия, а вот причины, его вызывающие, могут быть самыми разными.

— Примерно у трети пациентов цирроз был вызван вирусами гепатита B и C. У 17% — аутоиммунные сбои, когда иммунитет атакует собственную печень. Еще у 16% — опухоли, а у 13% — альвеококкоз. Это паразитарное заболевание, которое в нашем регионе встречается чаще, чем во многих других местах, — перечисляет Иван Поршенников.

Отдельная категория — дети. Такие пациенты встречаются редко: по статистике, в пересадке нуждается лишь один ребенок на миллион населения. В большинстве регионов России малышей направляют в московские центры. Новосибирск стал исключением, поскольку все операции детям проводят на месте, в областной больнице, и это уникальная практика для страны.

Сама операция занимает несколько часов кропотливой работы с сосудами и протоками. Есть два подхода. Самый распространенный — пересадка целого органа от умершего донора. Второй — пересадка фрагмента печени от живого родственника.

— Если мы берем часть органа, ключевой момент — размер. У фрагмента меньше масса, и она должна строго соответствовать весу и росту пациента. Чаще всего родители отдают часть своей печени детям. Но бывает, что родственников нет, например, у приемных детей. Тогда мы применяем редкую технологию сплит-трансплантации: печень посмертного донора делят на две части. Маленькая достается ребенку, большая — взрослому реципиенту, — уточняет трансплантолог.

Живой донор проходит жесткий медицинский «фильтр»: УЗИ, МРТ, проверку сосудов и даже биопсию, если есть сомнения. Врачи должны быть абсолютно уверены, что изъятие части органа не навредит здоровому человеку. Операция несет риск кровотечений и других осложнений, хоть и небольшой.

— Самое обидное — для печени нет искусственной временной поддержки. Почки можно «прокачивать» через диализ, сердцу помогают механические насосы, а печень заменить нечем. Поэтому мы так настаиваем на профилактике, хотя людям проще лечиться, когда уже прижало, — констатирует руководитель центра.

Он напомнил, что печень — это молчаливый труженик. Она чистит кровь, помогает усваивать пищу и синтезирует важнейшие белки. Однако этот орган долго не подает сигналов бедствия. Когда же симптомы становятся очевидными, ткани уже разрушены, и лекарства бесполезны.

Ранее редакция сообщала, что новосибирские врачи осваивают операции на плоде в утробе матери.