Венчурный рынок переживает непростые времена. Об этом заявил старший вице-президент по инновациям Фонда «Сколково» (Группа ВЭБ.РФ) Кирилл Каем на пленарной сессии «Венчурный капитал в России в условиях нового цикла развития», прошедшего в рамках Технопрома-2023.

Такого же мнения придерживается и партнер стартап-студии «Открытые инновации» Вениамин Кизеев.

—Я безумно люблю венчур, но реалии таковы, что рынок венчура «скорее мертв, чем жив». Сама модель, в которой мы могли бы создать компанию и продали ее, она сегодня очень спорная. Почему-то сегодня никто не хочет покупать компании, — отметил он.

Он добавил, что это вовсе не означает отсутствие потенциала для инвестиций — он в самих российских стартапах, в их качестве и перспективах роста. Вениамин Кизеев уверен, что спрос на инновационные технологические продукты в стране огромен. Так, проекты по промышленной робототехнике, которые ведет его компания, законтрактованы на полтора года вперед. Однако, уточнил, что в большей степени, здесь речь идет не о венчуре.

— Мы уже не ожидаем рынок венчура. Мы ожидаем новых технологических команд, которые мы дальше можем встраивать в наши цепочки. Ну а настоящий венчур, я даже не знаю, когда он к нам вернется и будет ли у нас такое счастье, — отметил эксперт.

Эксперт отметил, что перегрев рынка в 2019- 2021 годы привел к тому, что стартапы приходили с завышенными требованиями. Сейчас, когда на рынке венчурного инвестирования наблюдается спад, оценки проектов стали более реалистичны и ликвидность проектов стала ниже.

Исполнительный директор инвестиционной компании Kama Flow, партнер «КФ Венчурс» Павел Охонин говорит о том, что венчурного рынка в классическом понимании (американском понимании) в России не было никогда, либо он был с 2010 по 2013 год. По его мнению, одним из факторов роста венчурного рынка может стать «перегретый» рублями фондовый рынок, на котором наблюдается дефицит интересных ценных бумаг.

— Сейчас в России наблюдается избыток рублевой ликвидности, при этом у брокеров практически пустые полки, с точки зрения того, что можно продавать. Соответственно, есть спрос на новые продукты. Один из таких продуктов — IPO. В ближайшие два года мы ожидаем десятки IPO технологических компаний малой капитализации ежегодно, — отметил он.

Он добавил, что только рынок нового корпоративного ПО, идущий на смену иностранному в рамках обязательных программ импортозамещения, оценивается примерно в 5-10 миллиардов долларов.

Кроме того, на сессии был поднят вопрос о роли институтов развития, особенно на начальном этапе создания технологического стартапа. Управляющий партнер УК «Восход» Константин Гибало, отметил, что сегодня государство сфокусировано на поддержке ранних стадий развития инновационных проектов. Тем самым оно выполняет важнейшую роль, снижая фактор риска венчурных инвесторов на seed стадиях.

Вместе с тем, Гибало обратил внимание участников сессии, на то, что даже несмотря на эту поддержку, интерес инвесторов к Deep Tech (инновационное наукоемкое оборудование, требующие больших инвестиций) остается пока на довольно низком уровне.

— Сейчас сложно предсказать, что будет происходить, потому что история IPO, краудфандинга для Deep Tech (инновационное наукоемкое оборудование, требующие больших инвестиций) или каких-то сложных проектов на ранних стадиях, она довольно туманная и практически отсутствует. Корпоративные инвестиции для таких проектов — тоже не ясны. Получается, что надо запасаться силами и как- то синдицироваться и с помощью бизнес-ангелов тащить такие проекты, — отметил он.

По мнению Кирилла Каема, проектам Deep Tech необходимо международное масштабирование.

— Три-четыре года назад мы смотрели на проекты, которые были нацелены на высоколиквидные западные рынки Мощным драйвером роста венчурных инвестиций в ближайшие два года станет «восточный фактор». Восточному капиталу, прежде всего китайскому, капиталу интересны инвестиции в наукоемкие проекты, в том числе в «железо», и в ближайшие пару лет мы увидим серьезный приток инвестиций из Поднебесной. Если мы хотим сохранить за Россией IP, нам надо поднимать венчурное инвестирование, — подчеркнул он.

Директор проектного офиса ПАО «Ростелеком» Любовь Симонова пояснила, как формируется венчурный инвестиционный портфель компании и как стартап-технологии интегрируются в бизнес-процессы телеком-гиганта.

По ее словам, в «Ростелекоме» 10 лет назад был создан специальный Венчурный инвестиционный конвейер. Она уверена, что подобные механизмы и инструменты венчурного рынка сейчас необходимо активизировать.

Подводя итоги сессии, Кирилл Каем отметил, что временный спад на рынке венчурного инвестирования, который наблюдался в 2022 году, обязательно сменится подъемом за счет трансформации венчурного рынка, работе корпоративных венчурных фондов на поздней стадии инвестирования, а также благодаря государственной поддержке в части развития seed-ов и приходу инвестиций с Востока.

Ранее редакция сообщала о том, что новосибирские студенты получат миллион рублей на развитие стартапов.