Судя по заявлениям компаний, в отрасли уже не все так плохо, как кажется.

Под влиянием кризиса

Предприятия легпрома одними из первых почувствовали на себе влияние кризиса и санкций. Например, у фабрики «Приз» до скачков доллара себестоимость платья была в среднем около 19 евро — так же как в Европе. Сейчас в Италии цена вопроса осталась прежняя или стала ниже, а для новосибирского предприятия выросла до 25 евро.

— Одно из последствий 2015 года — очень серьезный рост стоимости логистики. Транспортные компании, которые не добирают груз, увеличивают стоимость провоза, сроки доставки продукции. Что касается сырья, то я бы не сказал, что сегодня на этом рынке существует дефицит, скорее у компаний нет денег на его закупку, — заявил, выступая на круглом столе, посвященном вопросам развития легкой промышленности в Новосибирской области, гендиректор ООО Фабрика одежды «Приз» Николай Трещев.

Он отметил, что год назад «Приз» наценил весь остаток склада на 50 %, в середине 2015 года еще на 25%. Но это не дало компании увеличения прибыли, так как на формирование цены сильно повлияли скачки курса валюты.

— Все говорят, что нужно кредитоваться, брать деньги в оборот и покупать сырье. Мы это делаем, но через 2-3 месяца, когда продаем продукцию, курс доллара возрастает. Например, 2 недели назад он скакнул на 20 %, а рентабельность швейного производства до кризиса составляла 18 %. В какой момент брать кредиты и покупать валюту для закупки сырья? По какой цене выставлять продукцию? Если по цене высокого курса, то ваша продукция будет неконкурентоспособна. Решать эти вопросы сейчас очень сложно, — констатировал бизнесмен.

Замгендиректора по экономике и финансам ОАО «Синар» Жанна Кандакова отметила, что в конце 2015 года предприятие столкнулось с задержкой и прекращением поставок сырья из Турции. Но структура поставок компании была такова, что этот пробел удалось быстро заместить. Тем не менее объем производства на фабрике за прошлый год сократился на 22 % до 596 млн руб.

— Все планы по выручке, которые мы ставим перед магазинами, выполняются. Но из-за логистики, санкций, колебаний курса валюты существенно подорожали импортные комплектующие и оборудование, европейские ткани. К сожалению, наши текстильщики еще не могут производить ткани такого уровня, чтобы их можно было использовать для пошива моделей премиум и средний плюс, — добавила Жанна Кандакова.

Еще более серьезная проблема с сырьем для обувной промышленности — практически полностью оно закупается за рубежом. Директор по связям с общественностью ГК «Обувь России» Наталья Паули отмечает, что вопрос постепенно решается. К примеру, на Алтае ЗАО «Русская кожа» реализует проект по строительству кожевенного завода. Но, для восстановления сырьевой базы в целом РФ необходимо около 6—7 лет. По данным ГК «Обувь России», в 1 полугодии 2015 года импорт обуви в нашу страну сократился на 34,5 %.

На развитие

Одной из самых серьезных проблем участники рынка сегодня по-прежнему назвают доступность кредитных ресурсов.

— В 2014 году, по сравнению с 2015, мы выросли на 53 %, как за счет повышения цен, так и за счет увеличения выпуска продукции. На рынке мы работаем уже 13 лет. Специфика нашего производства — пошив школьной формы — такова, что полгода у нас все очень хорошо с деньгами, а полгода не очень. Постоянно возникает разрыв в три-четыре месяца, который перекрывается с помощью заемных денег, так как на него приходится закупка основного объема тканей. Ни разу нам не удалось получить на эти цели кредит с господдержкой, хотя мы несколько раз обращались в региональные фонды поддержки МСП. Недавно на заседании в мэрии один из банков пообещал предоставить кредит под 12 %, но в итоге вывели цифру — 20 %. Максимум, что мы себе можем позволить — 14 %, так что в этом году, по всей видимости, вновь придется обращаться за займом к частным лицам, — сообщила директор ООО «Топтышка» Галина Кочерга, обращаясь к представителям региональных фондов кредитования предпринимателей.

Гендиректор ГК «Логос» Александр Сухарев парировал, что при взаимодействии с банками многое зависит от заемщика.

— Многие жалуются на банки и сложности с кредитами. Может у нас хорошая кредитная история, но мы таких проблем не испытываем. В 2015 году мы в 2,5 раза увеличили кредитный портфель, в том числе на докапитализацию компании. Не секрет, что сегодня самое выгодное время приобретать недвижимость. Мы сумели получить кредит, в том числе, на это, и проблем со ставками не было, нам предлагали вполне приличные проценты, — добавил он.

По оценкам Натальи Паули, сегодня основная проблема для крупных игроков отрасли — ограниченный доступ к длинному финансированию, что сдерживает инвестиционные планы компаний.

— Сейчас кредиты предоставляются на 2—3 года, а при нашей окупаемости, необходимы на 5-7 лет. Впрочем, сейчас на уровне минпрома РФ обсуждается возможность создания отраслевого банка. Мы считаем, что это конструктивное предложение, — отметила она.

Без учета ситуации

Предприятия легпрома также отметили, что сталкиваются с проблемами при взаимодействии с фискальными органами.

— ОАО «Синар» в прошлом году сократил 20 % сотрудников. Одно из наших предприятий (фабрика «Приз»), поверив руководству страны, что ситуация временная, оставило персонал — более 100 человек. В течение года мы озадачивали коллектив переработкой неактуальных тканей. В результате, у нас за год накопились долги по зарплате, НДФЛ. Сейчас мы сожалеем, что отреагировали не так, как наши коллеги по цеху. Поблажки со стороны налоговой нет, мораторий мы тоже не почувствовали. Более того, когда по фабрике одежды мы не показали прибыль за 2015 год, налоговая начала нас шантажировать: в 2014 году у вас была прибыль, а в 2015 — нет. Если не покажите прибыль — придем с проверкой, — заявил Николай Трещев.

Еще одна проблема, которая серьезно вредит предприятиям регионального легпрома — теневые цеха.

— У нас много полулегальных цехов, которые работают, не платят налоги, и могут себе позволить продавать продукцию по более низким ценам. Добросовестным производителям в этом плане с ними конкурировать достаточно сложно. Если бы все работали в одинаковых условиях, может быть и не было бы такой ситуации в отрасли, — добавил Николай Трещев.

Нашли плюсы

По мнению Жанны Кандаковой, кризис приносит не только проблемы, но и новые возможности. Так, «Синар» в крупных торговых центрах успешно занимает места зарубежных брендов, которые уходят из городов страны, либо вообще из России. Магазины нового формата открылись в омской и екатеринбургской «Меге». Сейчас «Синар» ведет переговоры об открытии точки в «Меге» Новосибирска.

— В планах по производству на 2016 год: освоить блузочный ассортимент из легких тканей. В оптовой торговле мы проводим перезагрузку и качественное изменение клиентской базы. Смотрим, насколько наши партнеры готовы развиваться, использовать этот кризис как точки роста и принимаем решение работать мы дальше с ними или нет. Мы также планируем уходить в Европу и работать с большими торговыми сетями, — рассказала Жанна Кандакова.

Основная точка роста компании на 2016 год, по-прежнему, розница. В целом, по итогам 2016 года «Синар» намерен добиться прироста выручки по деньгам на 20% — до 1,4 млрд руб, по сравнению с 2015 годом. Объем производства в компании, по прогнозам, вырастет до 673 млн.

Николай Трещев отмечает, что говоря об освобождающихся площадях, которые ранее занимали иностранные марки, нужно четко просчитывать точку безубыточности входа на эту территорию.

— Мы тоже пытаемся воспользоваться этой ситуацией и заходим на такие площадки, но там, где есть привязка аренды к доллару, нужно осторожно оценивать все нюансы. При спаде торговли сложнее платить за аренду и все остальное, — отметил он.

Трещев также считает, что на рынке становится меньше зарубежного товара и это, скорее всего, потребует перестройки в деятельности местных производителей.

— Дешевый товар становится производить не выгодно. Всегда найдется тот, кто сможет его привезти или заменить, сшив «на коленке». Ценовая политика перебирается в более высокий сегмент. Если мы раньше работали с сырьем ценой 8—10 евро за метр, то сейчас средняя стоимость повысилась до 14 евро. Это более качественные, интересные ткани с более приличным составом, — говорит бизнесмен.

Наталья Паули в свою очередь отметила, что из-за сокращения импорта в России сейчас перспективно развивать обувное производство. Емкость отечественного рынка составляет 1 трлн рублей или более 400 млн пар обуви в год. Уровень потребления обуви в стране низкий — 2,2 пары в год, при том, что в наших климатических условиях нужно 4-5 пар обуви.

— Эффект девальвации рубля привел к тому, что сегодня в России обувь производить на 15—-20 % дешевле, чем размещать заказы за рубежом. Это краткосрочный эффект, который сохранится около 3 лет, но за это время нужно действовать и развиваться, — отметила она.

В Новосибирской области этим преимуществом уже пытаются воспользоваться. «Обувь России» в прошлом году приобрела бердскую фабрику «S-Tep» и к 2017 году планирует в два раза увеличить на этой площадке производство обуви. Кроме того, в регионе формируется обувной кластер с участием итальянских компаний, в котором также намерена принять участие «Обувь России».

ГК «Логос» продвигает новые формы взаимодействия с поставщиками и уже фиксирует возвращение клиентской базы, которая в прошлом году сократилась на 15 %.

Подводя итоги круглого стола, заместитель министра, начальник управления по регулированию потребительского рынка и сферы услуг Новосибирской области Лариса Яркова отметила, что все предложения и замечания, озвученные предприятиями отрасли, будут проанализированы минпромом и учтены в работе. Часть из них можно решить на местном уровне, в том числе в части финансовой поддержки предпринимателей, часть будет отправлено в федеральный минпром.

По данным минпромторга региона, по итогам 2015 года в области работало 880 компаний легкой промышленности. Доля предприятий легпрома в общем количестве предприятий обрабатывающей промышленности составила 6,6 %, среднее число работающих — более 5,7 тыс человек. По итогам 2015 года индекс производства в швейном производстве — 92,5 %, темп роста отгруженных товаров собственного производства — 109,1 %. На предприятиях, выпускающих кожаные изделия и обувь, индекс промпроизводства в 2015 году составил 63,6 %, темп роста — 94,5 %.

Фото: Ростислав Нетисов