Влияние санкций

Представители сибирских научных и медицинских исследовательских институтов оценили перспективы импортозамещения в сфере здравоохранения.

— В травматологии в части замещения мы смотрим в будущее оптимистично. На территории РФ достаточно производителей, которые выпускают необходимые имплантаты, и я надеюсь, что с острой периферической травмой у нас проблем не будет. Мы готовы обходиться тем, что производят российские компании, — говорит главный врач Новосибирского научно-исследовательского института травматологии и ортопедии, кандидат медицинских наук Елена Губина. — Ортопедия вызывает больше вопросов. Основной — металлоконструкции, которые устанавливаются в организм человека. По эндопротезированию далеко не все позиции представлены в российских портфелях.

В то же время она отметила, что в российских НИИ достаточно компетенций, чтобы не только придумать импортозамещение, но и перегнать импорт. Однако от момента генерирования самой гениальной идеи до момент имплантации в конечного потребителя имплантат проходит большой путь.

— В данной ситуации применительно к нашей специальности очень важно продумать и закрепить на государственном уровне модели взаимодействия между НИИ и производством. Необходимы программы, господдержка, госзадание, может быть, для каждого отдельного НИИ, — говорит она.

Директор научно-исследовательского института онкологии Томского НИМЦ, академик РАН Евгений Чойнзонов также надеется, что властные структуры будут более внимательно относиться к бюрократическим процедурам. Тогда есть шанс, что уникальные разработки увидят свет, будут запущены в промышленное производство в кратчайшие сроки.

— Совместно с Томским политехническим университетом (ТПУ) мы разрабатываем радиофармпрепараты, которые нужны для онко- и кардиоцентров и должны широко внедряться в практику здравоохранения, — приводит пример он. — Санкции, введенные против РФ, перекрыли доступ на рынок ирландского препарата, с помощью которого диагностируется распространенность злокачественного процесса при раке молочной железы. Думаю, что мы будем в состоянии в течение 6 месяцев разработать этот радиофармпрепарат на территории и к концу года предложить его клиникам.

Кроме того, на протяжении ряда лет Томский НИМЦ использует в своей практике во время удаления опухолей интероперационную лучевую терапию. Она позволяет улучшить результаты лечения на 5-15%.

— Мы остановились на этапе клинических испытаний и не можем тиражировать методику, так как малогабаритный бетатрон, разработанный коллегами из ТПУ, требует модернизации и улучшения. Сейчас договорились с коллегами из СибГУ им. М.Ф. Решетнева, которые будут доводить аппарат до конца и предлагать его онкологическим медучреждениям России, — рассказывает Чойнозонов. — Еще одни пример коллаборации — разработанный инженерами ТУСУРа аппарат для проведения гипертермии при злокачественных новообразованиях мягких тканей, кости. Он позволяет улучшить результаты лечения. Прибор уже сертифицирован Минздравом, сейчас мы готовим методические рекомендации.

Директор Томского национального исследовательского медицинского центра (НИМЦ) РАН, член-корреспондент РАН Вадим Степанов пояснил, что проблема импортозамещения для Томского исследовательского медцентра РАН — одна из важнейших, так как доля российских изделий и приборов, которые он использует, составляет 25%. Степанов также считает, что определенные разработки института в области кардиологии, фармакологии, генетики могут быть востребованы производителями, могут получить дальнейшее тиражирование в российской медицине и заместить зарубежные аналоги, а некоторые — не имеют таких аналогов.

— Например, разработка нашего НИИ микробиологии с компанией ООО «Лорге Медикал» — программно-аппаратный комплекс — позволяет точно локализовать нарушение ритма сердца и проводить точечное лечение нарушения ритма, — говорит Степанов. — Есть зарубежные аналоги, американские комплексы, но наш существенно дешевле и позволяет эффективно эту проблему решать. У нас есть прототип прибора. При выходе на серийное производство мы можем заместить существенную долю рынка по этой технологии.

Еще одна разработка кардиологов центра, не имеющая аналогов в импортных решениях — катетер, который предназначен для эффективного извлечения тромба из коронарной артерии.

— В области генетических технологий мы также активно работаем над решениями которые могут снизить нашу зависимость от зарубежных производителей. Например, мы работаем над отечественным аналогом биочипа для диагностики хромосомных нарушений, который можно будет использовать при экстракорпоральном оплодотворении, когда необходимо пересадить заведомо здоровый эмбрион. Американский производитель биочипа занимает 100% рынка, на нашей базе мы также уже можем работать с такими технологиями, — рассказывает ученый. — Группа наших молодых ученых работает над тем, чтобы создать российские библиотеки для массового параллельного секвенирования, которые применяются в том числи при диагностике наследственных заболеваний.

Новые возможности

При этом участники круглого стола подчеркнули, что не планируют в рамках импортозамещения «делать ксерокопии иностранных лекарств и материалов».

Бактериофаготерапия и остеоонкология — новые направления работы новосибирского института

— Текущая ситуация дает нам возможность выстрелить с точки зрения собственных разработок и производства. Надеюсь, что выйдут те изделия, которые находятся на этапе регистрации, что произойдет упрощение бюрократической составляющей в порядке регистрации. Никто не говорит о том, что сейчас будем воровать уже имеющиеся медизделия и препараты и делать их в подвале, как в 90-е, — заявляет Елена Губина.

В НИИТО на сегодняшний день идет 33 научно-исследовательские работы по протезированию, аддитивным технологиям, 3D-имплантатам и т.д.

Заместитель директора по научной и лечебной работе Научно-исследовательского института комплексных проблем сердечно-сосудистых заболеваний (НИИ КПССЗ, участник НОЦ «Кузбасс»), профессор РАН Евгений Григорьев также заявляет, что у института большой портфель собственных уникальных разработок.

— Если не будет конкуренции или она будет меньше, то наши разработки могут хорошо разместиться на рынке изделий фармназначения и фармакологии. Нам нет необходимости заимствовать чужие патенты, мы будем разрабатывать свои, — говорит он. — Технологии, которые мы разрабатываем, не сегодняшние, а завтрашние. С ними мы сможем спокойно конкурировать с теми иностранными технологиями, которые еще только будут предполагаться к созданию.

Напомним, институт работает в связке с промышленным партнером компанией ООО «Ниокор», которая занимает до 90% российского рынка биологических протезов сосудов и поставляет их за рубеж.

Участники пресс-конференции заявили, что готовы делать все операции и использовать все методики, используемые в медицине, даже несмотря на санкции. Что-то ранее они не развивали по разным причинам, но при необходимости могут делать. Однако в ряде случаев возможность их использования зависит от наличия всего необходимого для обеспечения этих оперативных вмешательств.

— Например, есть такое понятие как расходные материалы, сшивающие аппараты, протезы и т. д., которыми должным быть обеспечен врач, приступающий к операции. С точки зрения онкологии я не испытываю эйфории, что сегодня российские аналоги могут заместить весь импорт. Этого не случится. К сожалению, — комментирует Евгений Чойнзонов. — Но, на мой взгляд, здесь не стоит драматизировать ситуацию. Санкции не охватывают лекарственный рынок, медицину в целом. Западные фирмы будут обеспечивать Россию, но, возможно, по остаточному принципу. Разработка современных онкопрепаратов — очень дорогое и достаточно длительное занятие. Совместные российско-американские, российско-швейцарские, российско-французские и т. д. фирмы не уходят с рынка. Они по-прежнему будут производить препараты, но, наверное, по ограниченным возможностям.