В Новосибирске завершилась большая конференция «Книга. Чтение. Медиасреда». В рамках этого фестиваля состоялась презентация целого ряда новых книг сибирских авторов. Финальной встречей стала творческая встреча с учёным, писателем и фотографом Виктором Стасевичем, который представил сразу несколько своих новых работ — несколько художественных произведений и большой фотоальбом, посвящённый Монголии (16+).

Infopro54 поговорил с Виктором Стасевичем о фотографиях, путешествиях и интересе к этой стране. Разговор вышел за рамки просто презентации фотоальбома и коснулся таких тем, как туризм, экология и отношения в обществе.

— Когда вы начали интересоваться фотографией, взяли в руки фотоаппарат?

— Когда мне было 11 лет, наверное, в четвёртом классе я загорелся вдруг фотографией. Мои родители мне помогли. С тех пор я с фотоаппаратом не расстаюсь. Снимал много, очень интересовался фотосъёмкой, многие вещи не знал, опытным путём постигал. Для меня фотография — всегда открытия. Я во многих странах был и всегда с фотоаппаратом. Постичь сущностный мир через фотографию, я считаю, это великое дело, и сам по себе такой процесс облагораживает любого человека. Сейчас я всё больше и больше склоняюсь к чёрно-белым фотографиям. Даже в макросъёмке, которой я тоже очень увлекаюсь и владею этой техникой. Я даже её пытаюсь перевести в чёрно-белое.

— Когда возник интерес к Монголии? Как вы там оказались впервые?

— Первый раз я точно не помню, по-моему, или в 2002, или в 2003. Друзья пригласили. А я в Монголию давно собирался и потому с радостью поехал. Вы знаете, вот сколько я был во всяких странах, есть определённые ожидания, никогда они не подтверждались. Но по Монголии у меня не было никаких ожиданий, в отличие от других стран. Потому что я до этого уже много был в Средней Азии, сам родился в Казахстане. Ожиданий не было, но был огромный интерес. В итоге я посетил Монголию девять раз.

— Почему потом ещё так много раз ездили? Чем Монголия так зацепила?

— Это удивительно очаровательная и притягательная страна. Она завораживает своей изящной и, я бы даже сказал, аскетической красотой. Монголия кроет в себе много тайн, ты всегда это чувствуешь. Там такие пейзажи, которых я нигде больше не видел. Небо просто восхитительное. Мало того, там встречается такие облака, какие почти нигде больше не встретишь. И туда всегда тянет, потому что это какое-то приобщение к свободе. Пусть это что-то мнимое, но всё равно ты там себя чувствуешь абсолютно свободным. Забываешь обо всём, освобождаешься от проблем, от задач. Особенно, когда попадаешь в пески. Пески в Монголии живые, особенно когда ветер. Или, например, дождь. Когда он начинается, вода не доходит до земли, она испаряется. Это тоже само по себе удивительно.

— Большой блок фотографий вашего альбома — это портреты жителей Монголии. Как получилось их сделать? Насколько они открыты путешественникам, нужно ли было их уговаривать?

— Монголия — это удивительная страна, и восхищает она именно людьми. Они невероятно доброжелательные. Я когда статью одну готовил, стал сравнивать записки путевые различных путешественников. И, например, у того же Пржевальского нашел, что он считал монголов одними из лучших людей. Меня в монголах восхищает их отношение к человеку. Они человека воспринимают как человека ёмкого, большого, интересного. Они очень отзывчивы. Если ты сделал доброе дело, они побегут тут же скорее что-нибудь хорошее тебе тоже сделать. Угостил ребёнка конфетами — жди, скоро к тебе придут, принесут какие-нибудь подарки. Не просто для того, чтобы никому не быть обязанным. У них подарок — сакральная часть бытия. То есть они приобщаются к тебе, ты к ним, и нечто единое возникает. Мне кажется, что это основа выживания в довольно суровых природных условиях. И ещё у них невероятное равенство, то есть у них нет разделения, женщина ты, мужчина. Каждый — человек. Абсолютное равенство. В нашей стране вроде это есть, но не в той мере, которая есть в Монголии. И это всё сопряжено с чувством свободы.

Что касается фотографий и того, как они получились, скажу, что несложно было и не надо было никого уговаривать. Вот ты щёлкаешь, делаешь снимки, а потом на экране фотоаппарата показываешь им их портреты. И это вызывает у них бурю восторга. Вот такое свойство у жителей Монголии. Они любят жизнь во всех проявлениях.

— Отдельная тема — детские портреты в фотоальбоме. Очень жизнерадостные, очень тёплые. Расскажите про эти съёмки.

— Даже сложно найти точные слова, чтобы описать их отношение к детям. Это очень трогательное отношение, которое видно в мельчайших деталях. Любовь, забота. Между самими детьми тоже такие отношения. Один мальчишка приехал на нас посмотреть. Посмотрел, уехал, а потом привез младшую сестру. Хотел ей показать людей необычных, чужестранцев. В прошлом году, когда мы были в Монголии, мы оказались в месте, где много ребятишек воду возили. Из реки ее брали, ставили фляги на тележки и везли. И вот мы видим такую картину: старший ребёнок тащит тележку, за ним идёт ещё один чуть-чуть помладше. А в самой тележке сидит маленькая девочка и плачет. И ещё один мальчик обнял её и утешает. В альбоме есть такой снимок. Но мне кажется, он не передаёт всего тепла этой сцены, этих отношений.

— Те, кто побывал в Монголии, особенно те, кто там работал, отмечают такую особенность монголов: это люди-всадники. Даже так говорят: они на равных только с теми, кто тоже в седле. Пусть не обязательно верхом на лошади, но это должен быть либо мотоцикл, либо машина. Видели ли вы подтверждение этому в своих наблюдениях?

— Да, безусловно, монголы — это всадники, для них лошадь очень важна. Если не лошадь, то и к своему транспорту они относятся, как к лошади: ухаживают, украшают, это можно видеть на мотоциклах. А у меня был случай, когда я взял сачок и пошел пройтись по своим энтомологическим интересам. И там мальчишки на лошадях. Они там кружились, играли и ко мне подскочили, увидели сачок. Сачок вызвал у них безумный интерес. Я им, естественно, показал, как я ловлю. Они хохотали, радовались. И я им предложил половить с сачком. Вот здесь они меня удивили так, что я просто растерялся даже. Потому что ни один из них с лошади не слез. Они вокруг носились, друг другу ещё передавали этот сачок. Наловили бездну этих стрекоз. И вот с этим сачком они были похожи на кентавров. Были единым целым со своими лошадьми.

— Можно ли путешествовать по Монголии пешком или всё-таки нужна машина?

— Должна быть машина. Походить, конечно, ты походишь. Но Монголия — это громадное пространство, просто громадное. Ты вышел, увидел вон тот камень. О, сейчас я к нему схожу. Ты будешь к нему идти часа три-четыре. Огромные расстояния, просторы. Именно поэтому для самих монголов так важны лошади, мотоциклы, машины. Это не только традиции, это еще и необходимость практическая.

— Сейчас многие туристы устремились в страны Азии, в том числе которые ранее не были суперпопулярными туристическими маршрутами. Как вы считаете, может ли Монголии с её природой и традициями навредить массовый туризм? Может ли ситуация развиваться по тому сценарию, какой сейчас развивают, например, как на Алтае, на Байкале, где многие наблюдатели уже бьют тревогу?

— Нет, ну навредить-то всегда можно. Никто не может застраховать. Но есть одна особенность у самих монголов. Каждый монгол — это природоохранный инспектор. Они защищают свою страну, потому что считают это своим долгом. Если ты оставишь мусор, местный к тебе на лошади подъедет и жестом покажет, чтобы ты это убрал. Мы себя всегда вели корректно, убирали за собой на всех стоянках. Но они приезжали и пристально смотрели. В то же время есть мусорки, свалки, которые они делают около городов. Это всё выбрасывается, потом мощный ветер это всё разносит. Такая проблема существует. При этом есть у них воистину заповедные места, потому что там сплошь и рядом полудрагоценные камни валяются прямо под ногами. Мы стали просто камушки собирать, тут же приехал монгол, вытащил какую-то бумажку с гербовой печатью, показывал пальцем и показывал, что нам это нельзя собирать. То есть они к этому очень болезненно относятся. И всегда наблюдают за тем, как ведут себя гости.