В Новосибирске в рамках Сибирской юридической недели прошла сессия, посвящённая экологическим спорам. Ведущие юристы, экологи и представители промышленных компаний обсудили, как меняется правовое регулирование и с какими рисками сталкивается бизнес. Запись выступления экспертов есть в распоряжении Infopro54.

Эту тематическую сессию назвали «Земля, воздух, дроны и санзоны: как экология превратилась в главный юридический вызов современности». Юристы подчёркивают, что ключевой особенностью дел, связанных с ущербом, нанесённым окружающей среде, является презумпция экологической опасности.

— Если вам предъявили миллиард за ущерб, то доказывать, что вы не должны миллиард, должны вы. Доказательств самого миллиарда орган может не предоставлять. Вот примерно так упрощённо выглядит конструкция, по которой сегодня рассматриваются эти дела, — говорит адвокат по экологическим делам, управляющий партнёр бюро «Жаров Группа» Евгений Жаров.

Эксперты объясняют, что платить по экологическим счетам, условно говоря, приходится не только компаниям. Муниципалитеты тоже платят.

— Нагрузка по округам идёт на муниципалитеты, которые всё чаще и чаще привлекают за ликвидацию несанкционированных свалок. Эта практика укрепляется. По компонентам самый популярный — это почва. Почва — вот наше всё в этом смысле, самое основное, — говорит Жаров.

Ассистент кафедры экономической географии и картографии Алтайского государственного университета Софья Чубукова рассказала, почему природопользование стало главным правовым вызовом. Отдельно она остановилась на сибирской специфике экологических споров.

— За последние годы число споров о лесах, недрах, водных объектах, особо охраняемых природных территориях выросло настолько, что они формируют новую правовую повестку. Природопользование перестало быть узкой проблемой чисто экологов и стало одним из главных юридических вызовов. Три основных тренда вывели экологию на первый план. Первый — исчерпание ресурсов и климатические ограничения. Второй — резкий рост числа экологических споров и зелёного регулирования: экология становится самостоятельной отраслью права. Третий — цифровизация контроля за недрами, лесами и выбросами: данные мониторинга превращаются в доказательства и меняют конструкцию ответственности, — объясняет Софья Чубукова.

На экологической карте Сибири в настоящее время есть сразу несколько болевых точек. К проблемам приводит интенсивная работа по добыче полезных ископаемых, строительство, в том числе объектов дорожной и туристической инфраструктуры, а также незаконные вырубки.

— Давайте посмотрим географию этих вопросов. Больше всего нагрузка на суды, связанная с экологическими спорами, приходится на Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа. Здесь идёт основная добыча полезных ископаемых, и основные суды идут по почвам и загрязнению водных объектов. Иркутская область даёт нам уникальный кейс Байкала: здесь сталкивается лесопользование и охранный режим. Алтай, Алтайский край и Республика Алтай — это пересечение горной добычи и туризма. Я думаю, прошедшее лето показало, насколько остро там стоит вопрос защиты интересов, идёт сейчас огромная вырубка лесов Республики. И с этим тоже надо что-то решать. Алтайские природоохранные активисты массово защищают именно это, — говорит Софья Чубукова.

На сессии были приведены такие данные: природоресурсные доходы формируют порядка трети федерального бюджета, действующих лицензий на недропользование около 10 000, а ежегодно в арбитражных судах рассматриваются около 1 000 экологических дел.

Ранее редакция рассказывала, как СГК прокомментировала планы застройщиков сделать парк на месте золоотвала.