Управляющий партнер юридической консалтинговой компании «Юсконсалт» Евгения Бондаренко констатирует, что национальная русская черта ― понимать кнут лучше, чем пряник ― показывает себя во всей красе.

Бизнес выдавливают в белую зону

— Евгения, каких изменений для бизнеса в 2023 году вы ожидаете с точки зрения налогового законодательства?

— Минувший год для предпринимателей характеризовался увеличением сбора налогов, и эта тенденция, на наш взгляд, будет продолжаться в 2023 году. По налоговой тематике к нам поступает много запросов от бизнеса. Предпринимателям вменяют дробление бизнеса, привлечение управляющего ИП и вывод через него денег, массовое использование самозанятых, «космонавтов в цепочке» или транзитеров, обнальщиков и бумажный НДС. Не всегда подозрения налоговых органов обоснованы, но использование агрессивных схем оптимизации налога может стать причиной доначисления налогов и штрафов, в лучшем случае.

При этом обстоятельства объективно складываются так, что предприниматели сами начинают задумываться о том, чтобы платить налоги законно. К примеру, цены за обнал выросли с 9 до 17% (со слов бизнеса). Кроме того, если компания работает с госсектором по госзакупкам, то ее проверяют по всем ведомствам: налоговая, казначейство, следственные органы, прокуратура — идет жесткий мониторинг всей цепочки. Кроме требований налоговой есть еще и уголовный молот, который вынуждает платить налоги. В результате мы видим, что выросли запросы на нормальный расчет налоговой нагрузки.

Также стоит отметить, что собираемости налогов помогает оперативный контроль. К примеру, налоговики посмотрели вашу декларацию за квартал и сразу вызывают на комиссию, где, помимо беседы могут сразу получить показания. На наш взгляд, сегодня нужно пересматривать свое налоговое поведение, уходить от незаконных агрессивных схем оптимизации налогов и продумывать более оптимальные, законные модели. К сожалению, еще очень много предпринимателей живут в прошлом, к примеру, покупают чеки для отчетности, бумажный НДС тоже скоро станет прошлым. Сейчас это уже не работает и чревато серьезными последствиями.

Посмотрите, что происходит в налоговой. Еще несколько лет назад они рисовали схемы возмещения НДС на листках бумаги, а сейчас в ФНС работают люди из большой аудиторской четверки. Сейчас все действия компаний в системе и видны как на ладони.

Кстати, это касается не только юрлиц. Внимание налоговиков повышается и к физлицам. Я говорю о контроле расходов и доходов. И этот тренд будет только усиливаться, так как банковской тайны для налоговиков не существует.

Так что с точки зрения налогообложения для бизнеса мы «топим» за осознанность. Гораздо проще законно рассчитать налоги, получить все положенные льготы, учесть все возможные расходы и заплатить, чем потом выплачивать их со штрафами и пени. А в зависимости от суммы есть риск еще и посидеть.

— Сейчас очень горячей темой является отмена налоговых преференций для уехавших. Насколько эта тема актуальна для Новосибирска, Сибири?

— Тема деофшоризации в России продвигается уже давно. Предпринимателям говорят: «Ребята, уходите из офшоров, открывайтесь — где находятся ваши компании и кому принадлежат». В январе 2023 года в Госдуму внесли законопроект, где даются полгода на то, чтобы раскрыться. Последствия для тех, кто не раскроется, активно обсуждаются: конфискация в пользу бюджета либо выбирается компания, которая будет управлять твоим активом и т.д. Вариантов много. Как они в итоге будут сформулированы в законе ― пока непонятно.

Каникулы, которые давались по КИКам (Контролируемые иностранные компании. — Ред.), были ориентированы на то, чтобы люди показывались и открывались. Каким-то образом это все равно вылезет. Пока декларируется мнение: если твои активы в России — ты должен быть в России. Если ты не в России, то будешь платить больше налогов как нерезидент ― 30% и выше.

Вернуть и не делить

— На федеральном уровне также обсуждается тема расприватизации. Насколько это реально?

— По факту эти процессы уже идут. Например, ОАО «Кучуксульфат» (Единственный в России производитель природного сульфата натрия, Алтайский край. — Ред.). Предприятие было приватизировано 30 лет назад. Собственники нарастили обороты, построили новые корпуса и много чего сделали, но по иску Генпрокуратуры у акционеров забрали завод.

Еще одна история иска Генпрокуратуры — изъятие 11 тысяч земельных участков в Национальном сочинском парке в пользу государства. Сейчас там задумано строительство дороги.

Во всех делах были установлены нарушения приватизации, выкупа, и, если были где-то допущены нарушения, шансы, что все заберут назад, очень высоки.

Так что сегодня очень внимательно нужно проверять недвижимость при покупке, особенно в южных регионах страны.

— На ваш взгляд, случаи расприватизации активов могут стать массовыми?

— В начале карьеры мы занимались оформлением недвижимости разных заводов, в том числе подготовкой документов после приватизации. Не все процессы были детально в то время прописаны в нормативно-правовых актах. Так что если знать куда бить, то можно добиться много чего. Думаю, что эта тенденция не очень хорошая.

По поводу физических лиц определенные фибры расприватизации тоже летают в воздухе. Например, в Новосибирске сейчас возник вопрос с общежитием одного из институтов Академгородка. Там уже давно живут люди, не связанные с наукой, сдают комнаты в аренду, а аспирантам негде жить. Проблема в том, что после изменений в законодательстве в случае изъятия для госнужд имущества государство выкупает объекты недвижимости по кадастровой, а не рыночной цене. А случае нарушений при приватизации компенсации может вообще не быть. И поспорить с этим довольно сложно

Для меня, как юриста, институт частной собственности — залог нормальной рыночной экономики. Когда мы начинаем переделывать эти границы, устраивать выборочно для кого-то гильотины, ни к чему хорошему это не приводит.

Уходя уходи

— А есть ли в регионе, округе тренд на продажу бизнеса уехавшими российскими предпринимателями, или иностранными компаниями?

— Такую тенденцию мы сейчас действительно наблюдаем. Есть случаи продажи как своим коллегам, так и внешним покупателям. Пошли уже истории с недобросовестными покупателями: купили, попользовались, вытащили из бизнеса все, что нужно, а потом идут с оспариванием старых сделок или расторгают договор покупки бизнеса. Такие ситуации нередко возникают с иностранцами. В «замес», прежде всего, попадает директор, с которого начинают взыскивать убытки, привлекать к субсидиарной ответственности и т.д.

Поэтому, если вы собираетесь продавать или покупать бизнес, так как прежнему собственнику «надоело им заниматься», он уехал из страны и т. д., нужно очень тщательно подходить к оформлению такой сделки (проводить инвентаризацию, фиксировать финансовое состояние компании, сохранять документы).

Я архитектор бизнес-партнерств и помогаю партнерам фиксировать свои партнерские договоренности. Нужно обговаривать и прописывать роли каждого и что будет, если кто-то решит уехать, выгорит, устанет, как поменяется роль и доля других партнеров, прибыль, и т.д.

— Как оцениваете ситуацию с параллельным импортом? Насколько серьезно это сказалось на теме интеллектуальной собственности?

— Многие люди воспринимают разрешение на параллельный импорт как «ура, можно делать принудительную лицензию на иностранные товары», «классно, у нас легализовали контрафакт». В итоге из Китая под известными брендами массово повезли все. Проблема в том, что бренды ушли, а представители их интересов с доверенностями в России остались, защиту товарных знаков в нашей стране тоже никто не отменял. Напомню, компенсация за незаконное использование может достигать 5 млн рублей за один факт нарушения. Такие дела поставлены на поток. До суда обычно приходит «письмо счастья» с фотографией товара ― контрольной закупки с предложением договориться. Но и в судах споров по защите товарных знаков достаточно. Поэтому нужно внимательно оценивать все последствия и не жестковать.

С другой стороны, я сопровождаю несколько коллаборации, когда объединяются большие заводы и конструкторские бюро, пытаются найти варианты для замещения импортных комплектующих (реверс-инжиниринг). Это вынужденное решение, и, думаю, такие коллаборации в нишах, интересных государству, будут развиваться.

— Какие тренды вы наблюдаете в корпоративном праве?

— Русские предприниматели очень изобретательны. Мы всегда ищем выход из любой ситуации и изучаем обходные пути. К примеру. когда ввели IT-ипотеку, даже те, кто занимался парикмахерским бизнесом, решили «прикупить себе IT-компанию», чтобы получить преференции, в том числе по налогам. А когда премьер-министр Михаил Мишустин сказал, что «если вы выделите из большой компании IT-отдел, то это не будет считаться дроблением бизнеса», мы увидели, как стали создаваться совершенно разнообразные коллаборации. Это пример коллаборации, вместе мы сильнее. Сейчас время партнерств (для расширения, освоения нового продукта или территории, в целях большего вовлечения сотрудников (опционы сотрудникам), для мягкой, постепенной продажи бизнеса и т.д.). Радует, что бизнес стал понимать ценность письменных договоренностей — это залог эффективного партнерства и профилактика конфликтов. Для удовлетворения нового спроса потребителя тренд на объединение будет сохранятся.

Пряника недостаточно

— Наблюдаете ли вы рост банкротных дел, дел, связанных с субсидиарной ответственностью?

— За последний год число самобанкротств физлиц заметно увеличилось. По юрлицам и ИП ситуация на уровне 2021 года, так как 6 месяцев в 2022 году на банкротства бизнеса был объявлен мораторий.

Что касается субсидиарки, то количество этих дел пока растет. Судебная практика у нас в стране действует как качели: вначале все очень слабенько, потом очень жесткий вариант и далее постепенно наступает какая-то золотая середина. Сейчас пока все очень жестко.

Кроме того, сейчас заработал институт взыскания убытков с арбитражных управляющих, если управлявший не оспаривает сделки, не обращается за привлечением к субсидиарной ответственности, то с него взыскивают убытки. Включился механизм: либо ты, либо тебя.

Налоги, банкротство, иные принудительные механизмы вынуждают бизнес выходить в белую зону.

— А какие советы вы могли бы дать предпринимателям?

— Я бы дала несколько рекомендаций.

• Нужно думать о хорошем, ставить цели, идти к ним и в любом случае соблюдать законодательство и платить налоги.
• Нужно фиксировать все договоренности, так как нередко люди на словах что-то обещают друг другу, не закрепляют это документально, а потом забывают, видоизменяют, отказываются от договоренностей либо в результате возникают потери и конфликты.

Задача государства — вывести бизнес из тени, и этот тренд будет усиливаться. Нас будут всеми путями выдавливать в белую зону: и кнутом, и пряником, потому что просто пряник мы не всегда понимаем — это национальная русская черта.

По материалам выступления на круглом столе «Тренды-2023: что ждет экономику в новом году?», организованном бизнес-инкубатором НГУЭУ и бизнес-порталом Infopro54.