Руководитель корпоративной и налоговой практик АБ «Гребнева и партнеры» Регина Бакшун — о трендах в налогообложении бизнеса и о том, почему в Новосибирской области предпринимателям проще решать вопросы с доначисленными налогами.

Уже не тянут

— Регина, по данным Росстата, которые были представлены в начале марта, долги российского бизнеса по налогам за 2022 год выросли сразу на 20%. А по НДС подскочили на 40%. Наблюдаете ли вы рост обращений предпринимателей, связанных с увеличением налоговой задолженности?

— Определенная динамика роста задолженности есть, но насколько рост, заявленный на федеральном уровне, актуален для Новосибирской области, пока не могу сказать: региональная статистика еще не опубликована. Кроме того, в федеральной статистике нет разделения на то, является ли эта задолженность исчисленной самостоятельно (когда компания сдает декларации) или это начисления по налоговым проверкам. То есть нужно изучать структуру формирования задолженности.

При этом объективно могу сказать, что сегодня многие налогоплательщики налоговую нагрузку уже не просто тянут. Это касается не только малого бизнеса, но и крупных компаний. Есть ситуации, когда растет задолженность по НДС и налогу на прибыль, которые, напомню, исчисляются методом начисления, до того, как компания фактически получила денежные средства. Думаю, что в этом году этот тренд сохранится. Пока нет оснований предполагать, что в этой части что-то изменится.

При этом при изучении структуры задолженности по обращениям клиентов, которые приходят за консультацией — что делать: уходить в банкротство или пробовать договариваться и что-то делать дальше — можно увидеть, что более 50% предполагаемого реестра в структуре долгов —это налоговая задолженность.

Однако, на мой взгляд, стоит отдать должное налоговым органам, по крайней мере в Новосибирской области: УФНС предлагает предпринимателям возможность заключить соглашения о рассрочке погашения образовавшейся задолженности. Нельзя сказать, что налоговики повально бегут банкротить компании. Налоговая сегодня действительно идет навстречу налогоплательщикам. Это еще один тренд, усиление которого мы видим в 2023 году.

— Еще одна федеральная статистика — рост суммы доначислений по налогам для бизнеса за 2022 год. Такой тренд в регионе есть? Предприниматели получают уведомления от налоговой?

— Суммы доначислений по налогам растут, в том числе по Новосибирской области. Мне кажется, бизнес сегодня просто не успевает за ростом суммы доначислений. Но это многолетний тренд. Если посмотреть статистику из года в год, то сумма доначислений у нас всегда будет расти. Еще не было такого, чтобы она снизилась. При этом мы видим, что количество налоговых проверок сокращается — на фоне роста доначислений.

Кроме того, у нас сумма доначислений в статистической отчетности может делиться на сформированную в рамках налоговой проверки, а также есть случаи, когда налогоплательщик самостоятельно уточняет свои налоговые обязательства, поэтому надо смотреть, из чего складываются показатели. Например, после беседы с налоговым органом на комиссии, где ему предлагают самостоятельно исчислить и уплатить какие-то суммы налогов, которые, по мнению налогового органа, компания обязана перечислить в бюджет. В этой части налоговые органы в нашем регионе хорошо работают, и компании самостоятельно исчисляют и уплачивают налоги. На выездные проверки выходят к тем, к кому у налоговиков достаточно большое количество претензий и кто отказывается урегулировать разногласия добровольно.

В процессе настройки

— Можете оценить влияние единого налогового счета (ЕНС) на динамику задолженности бизнеса?

— Думаю, что на сумму задолженности ЕНС точно влиять не будет. Тут, скорее, можно ожидать возникновения бесконечных споров с налоговыми органами: когда налогоплательщик заплатил денежные средства и в какой сумме он должен был это сделать, то есть это касается транзакций, а не сумм.

Напомню, ЕНС — это счет, где аккумулируется определенная сумма, которая в последующем распределяется между обязательствами налогоплательщика. Это то, что мы по факту уже исчислили и заплатили. Да, сегодня есть ситуации, когда из-за перегрузки и сложности внедрения системы инструмент пока плохо работает, но на рост налоговой задолженности это не влияет с точки зрения доначислений.

— Оценивали ли вы какие проблемы возникают у предпринимателей в связи с введением ЕНС?

— Запросов пока у нас нет. В этом нет какой-то суперсложности и специфики. Единственное — до сих пор налоговые органы проводят сверку по обязательствам налогоплательщиков чтобы более четко отразить их текущую ситуацию по расчетам, чтобы нигде не потерялась переплата или долг по налогам. Но это технические вопросы, которые постепенно, по мере настройки системы урегулируются.

Например, у меня есть кабинет налогоплательщика, и я вижу, что пока мне не могут предоставить информацию о моих расчетах с бюджетом, так как идет обработка всех платежей и уведомлений. Эта история в любом случае заработает, но попозже.

Проверка квалификации

— Какие еще тренды, связанные с налогообложением, вы видите в 2023 году?

— Мы уже давно говорили про дробление бизнеса, и во многих регионах эта история отработана судами, вся практика понятна. У нас в регионе налоговые проверки по дроблению также были, но судебных прецедентов нет. Налогоплательщики не ходили в суды оспаривать доначисления налоговых органов, и такие дела у нас не рассматривались. Сейчас мы наблюдаем, что истории с дроблением бизнеса в Новосибирске набирают очень большие обороты. Все, что раньше касалось технических организаций, применения схем работы с техническими компаниями, это где-то безусловно, осталось, но они урегулируются намного быстрее. А большие суммы доначислений, объемные проверки в регионе связаны в основном с дроблением. Там можно наблюдать сотни миллионов рублей доначислений. Есть в нашей практике интересные, необычные кейсы, связанные с процедурой принятия решений по выездным проверкам.

Кроме того, мы видим, что меняются подходы к процедуре проведения налоговых проверок. Много обсуждений о том, что входит в полномочия налоговых органов, а где уже присутствует превышение. Думаю, что в этой части у нас также будет довольно много споров.

Еще одна тенденция — в рамках выездных налоговых проверок сегодня в основном проверяются структуры бизнеса, которые когда-то были выстроены консультантами для налогоплательщиков. Это очень заметно. Раньше у большинства компаний были достаточно топорные методы организации бизнес-процессов — и налоговым органам было довольно просто провести проверку, выявить понятные схемы и доначислить компании налоги.

— Какие изменения произошли сейчас?

— Сейчас мы видим, что в проверках появляется все больше компаний, которые занимались оптимизацией бизнес процессов примерно с 2017 года. Это период, когда налогоплательщики начали осознавать риски предъявления претензий со стороны налоговых органов и активно обращались к консультантам, которые им выстраивали структуру бизнеса. Сейчас в таких компаниях начались проверки. Когда мы приходим защищать клиента, то сразу видим, что его бизнес-структуру выстраивали консультанты, он не сам это придумал. Нам, как юристам, очень интересно по таким делам защищаться.

— Почему?

— Как правило, в наших кейсах, консультанты, работавшие над структурой бизнеса клиентов, достаточно квалифицированы, и налоговым органам приходится включать креативность. Иногда она зашкаливает, но налоговикам непросто сейчас работать. Думаю, что сейчас интересное время для консультантов: тех, кто не только строит, но и защищает в судах свои структуры. Это не борьба с фирмами-однодневками, а большие интересные серьезные проверки, в том числе нашей квалификации и работы.

 

Ранее редакция приводила мнение эксперта о том, что идеальные взаимоотношения с налоговиками — это безразличие.