Станислав Могильников, вице-президент, управляющий Сибирским филиалом ВТБ24

Ставки вниз

— Каких-то стремительных изменений на рынке мы не наблюдаем, драматичного ничего не произошло, скорее сейчас можно сказать, что мы имеем дело с рядом трендов, которые развиваются.

Если давать оценку 2016 году, то, на мой взгляд, для банков он ознаменовался рядом тезисов. Прежде всего, это снижение рисков в системе, то есть заемщики стали лучше обслуживать кредиты, цена риска падает. Наряду с базовым показателем, снижается цена денег и два этих мощный фактора создают предпосылки для снижения ставок. Думаю, что в ближайшие два года они могут снижаться по 2% в год, если события будут развиваться в том же ключе, что и сегодня. Еще один тренд — снижение инфляции, что также можно положить в копилку аргументов за снижение стоимости кредитования.

Все это в совокупности позволяет говорить об ожиданиях роста кредитования в 2017 — 2018 годах. Совершенно очевидно, что сейчас складывается экстремум для локального разворота и восстановления кредитования частных домохозяйств. Возможно, вначале это не будет движение вверх, но предпосылки для горизонтального движения уже точно сформированы.

Эффект господдержки

Одной из самых значимых инициатив 2016 года, безусловно, стала господдержка ипотеки. Эта программа была одной из самых грамотных и малозатратных для бюджета и сыграла мощнейшую роль в экономике, так как дала мультипликативный эффект для строительной отрасли, для рынка жилья. Сейчас она прекратила существование, так как исчерпала себя: банки уже сами могут выдавать займы по аналогичным ставкам, которые плавно и без потрясений спикировали на тот уровень, который предлагался по госпрограмме. Кроме того, за счет господдержки удалось сбалансировать два сегмента: вторичный и первичный рынки. Однако, платежеспособный спрос, по–прежнему, ограничен, так как реальные доходы населения еще не восстанавливаются, так же, как и его способность приобретать жилье.

На наш взгляд, в перспективе это приведет к дальнейшему плавному снижению ценовых показателей, как на вторичном, так и на первичном рынках. Какое-то время мы будем иметь дело с такой ситуацией.

Аппетит просыпается

Основными драйверами роста рынка, на наш взгляд, будут потребительское кредитование и ипотека. Ипотека, в целом, наиболее «стойкий солдат» банковского бизнеса, который менее всего пострадал в результате явлений, развивавшихся в экономике РФ последние два года.

По ВТБ24 в Новосибирске мы увидели рост кредитования в малом и среднем бизнесе и ипотеке, причем настолько, что стали расти портфели. Ипотека — это первый сигнал о том, что рынок начинает восстанавливаться. По автокредитованию и потребкредитованию спрос восстанавливается, но более медленными темпами на эффекте низкой базы.

Однако, в целом, можно сказать, что консервативная модель, которая была характерна для населения последние два года — склонность к сбережениям, себя не исчерпала. Основной вклад в привлечение вносят клиенты верхнемассового сегмента и выше. Массовый сегмент более сдержан в этом вопросе и направляет на сбережения не более 7-8% своих доходов, тогда как при нормальном рынке 15%. Это связано с тем, что реальные доходы населения в последние 2,5 года снижались и пока большая часть граждан не исключает негативного развития событий.

Что будет происходить на рынке дальше, предсказать сложно. Если произойдет дальнейшее снижение ставок, то это скажется на ограничении маржи банков. Для некоторых кредитных организаций это может стать серьёзной проблемой.

Закредитованность домохозяйств сокращается — это положительный тренд. Если 1,5 года назад они платили по кредитам каждый пятый рубль из 100, то сейчас 16%. Так что платить люди стали меньше, но и меньше заимствовать. Более грамотно население пользуется кредитными картами: операции по эквайрингу выросли в 2,2 раза, то есть люди предпочитают не снимать наличку, а рассчитываться картами.

Что касается автокредитования, то тут мы не склонны ожидать больших перемен. Сейчас меняются очертания предложения, автодилеры ведут себя по-другому, на рынке сжимается ассортимент, изменяются условия покупок. Так что на этом сегменте далеко не все зависит от желания клиента приобрести авто.

На дистанции

Одной из тенденций, которая набирает обороты, я бы назвал рост роли дистанционного банковского обслуживания. В наших офисах работает все меньше людей, при этом растет число операций. Это связано с тем, что все банки работают на перевод клиентов в онлайн, что позволяет снижать издержки. За снижение издержек сейчас, в принципе, идет очень жесткая битва. Рисунок поведения клиента также стремительно меняется. Если раньше многим нужно было прийти в банк и посмотреть в глаза операционисту, то сейчас люди все спокойнее относятся к тому, что с банком по большинству вопросов можно контактировать через интернет.

Параллельно банки все больше внимания начинают уделять защите дистанционных операций, выстраивают новые стратегии обороны от мошенников, а те все время выходят с новыми криминальными инициативами. Это бесконечная игра в казаков-разбойников, которая будет продолжаться, и банки вынуждены будут закладывать эти риски и расходы на них в свои резервы.

В перспективе мы ожидаем дальнейшего расширения дистанционных каналов обслуживания, открытия офисов без операторов. Сейчас об этом говорят многие банки, нацеленные на сокращение издержек и повышение технологичности. В 2016 году по рынку прошло несколько волн сокращения персонала, и они будут продолжаться. Если хотите, это твердое желание банков идти «в светлое будущее». Да, ряд клиентов отталкивает этот тренд, но культура потребления стремительно меняется.

От премиум в массы

Снижение ставок и рисков, которое ожидается в 2017 году, серьезно поменяет приоритеты банков и может отразиться на самой морфологии продуктов: за количеством пойдет изменение качества, расширение предоставляемых услуг в стандартном сегменте. К примеру, то, что раньше было доступно только для премиального сегмента —инвестиционное и накопительное страхование, приобретение еврооблигаций, будет двигаться в сторону массового клиента.

Фото: пресс-служба ВТБ24