Заместитель директора Федерального исследовательского центра Институт цитологии и генетики СО РАН Сергей Вячеславович Лаврюшев

— Это был один из серии круглых столов, проводимых мэрией Новосибирска при поддержке информагентства ИТАР-ТАСС. Цель таких мероприятий — выявить идеи, начинания и разработки наших институтов, применимые в практике муниципалитета, который сегодня нацеливается на развитие мегаполиса. Теперь очередь дошла до математического моделирования. С оглядкой на преамбулу о генетиках, сразу отмечу, что за последние десятилетия произошла мощная и глубокая информатизация биологических наук. Поэтому обзорный доклад сделал директор нашего института академик Николай Александрович Колчанов. Первая часть его выступления была привязана к математическому моделированию в генетике, физиологии и информационно-аналитических системах, а вторая — демонстрировала, как отработанные методы можно использовать в контент-анализе социальных сетей для мониторинга городских проблем: будь то дорожная обстановка, здравоохранение или ЖКХ.

В чистом виде математическое моделирование — достаточно универсальный инструмент, объектом его приложения может быть почти всё, нас окружающее: генетические мутации, полёт ракеты или социальные процессы. Последнее весьма важно для полуторамиллионного города, который часто фигурирует в федеральной новостной повестке. Объектом моделирования мы предложили сделать динамику общественных настроений, а первоначальным материалом — полный объём текстов нескольких популярных соцсетей за определенный отрезок времени в привязке к Новосибирску. Дело в том, что в одной из лабораторий ИЦиГ под руководством кандидата биологических наук Владимира Александровича Иванисенко проделана большая работа по системному анализу информации, извлекаемой из неструктурированных текстов, то есть налицо подходящий задел.

А насколько адекватно тексты социальных сетей отображают состояние общества? Ведь мы не раз наблюдали, как в Интернете разражается бурная полемика по проблеме, которая на самом деле волнует ничтожное меньшинство?

— Во-первых, в любом социуме активно всегда как раз меньшинство. Во-вторых, стопроцентно адекватного «зеркала» общественных настроений не существует. Один срез дает Интернет, другой — соцопросы, третий — СМИ. Для исследователя никогда не бывает слишком много исходного материала. Мы предполагаем последовательно расширять информационную базу: отработать модели на ограниченном массиве некоторых (не всех сразу) соцсетей, а потом прибавить к ним остальные медиа и «живые» опросы. Соответственно будет расширяться и инструментарий. Для мониторинга СМИ как таковых есть готовые профессиональные системы вроде «Медиалогии». Помимо автоматизации поиска и сортировки публикаций они ценны возможностями их «взвешивания» по различным критериям. Текст лидера мнений в федеральном издании имеет один вес, анонимный комментарий к нему — совсем другой.

 Неужели всем этим намерен заниматься Институт цитологии и генетики?

— Проект, о котором идёт речь, может быть только междисциплинарным. В Сибирском отделении он обсуждается уже не первый год. Очень желательна коллаборация ИЦиГ, Института математики им. С.Л. Соболева, Института вычислительной математики и математической геофизики, Института физиологии и фундаментальной медицины СО РАМН, Института экономики и организации промышленного производства (социологи). Большую поддержку может оказать НГУ: как минимум, профессионально подготовленными, сознательными и интеллигентными студентами в роли полевых интервьюеров при проведении соцопросов, а также на стадии первичной обработки их результатов.

Как вы это видите организационно? Где взять ресурсы? Муниципальный бюджет и так трещит по всем швам. А у «реформированного» Сибирского отделения РАН теперь нет средств на интеграционные проекты…

— Институты могут кооперироваться в рамках финансирования работ по госзаданиям. Важно, чтобы тематика, о которой мы говорим, была правильно сформулирована и согласована как между коллаборантами, так и с ФАНО. Стартовые работы можно проводить в рамках уже выделяемых средств, затем показывать результаты и обосновывать привлечение дополнительных денег. Территориальное управление ФАНО может стать в этом вопросе союзником. Получится интеграционный проект де-факто: институты вроде бы действуют самостоятельно, но при чёткой координации и созвучных формулировках госзаданий, обеспеченных финансированием из федерального бюджета.

Хорошо. Например, мы исследовали, месяц за месяцем, общественное мнение в отношении дорожной безопасности, построили модель эволюции настроений на перспективу. А что дальше?

— Дальше мы упираемся в городской бюджет, который строго ограничен. Мониторинг социальных настроений нужен для того, чтобы маневрировать муниципальными ресурсами и направлять их прежде всего туда, где мы видим  возможность возникновения «красной зоны». Не «оранжевой», а именно красной: речь о перспективе протестов, обусловленных объективно возникшим недовольством. Если мэрия, например, планирует строительство новой автомагистрали, а это вызывает нарастающее сопротивление, то можно спрогнозировать, что в определенный момент возмущённые люди просто перекроют трассу — такое уже случалось. Там, где намечается «краснота», необходимо совершить какие-то действия, чтобы уровень возмущения не превышал, скажем так, обыденной нормы. Те или иные граждане, их формальные и неформальные сообщества всегда чем-то недовольны. Но именно математическая модель позволит чётко увидеть грань, которая отделяет негативную оценку от протестных действий.

И тут возникает самый каверзный вопрос, не раз звучавший на различных форсайтах и проектных дискуссиях: как управленческую модель преобразовать в конкретные решения? Как построить систему, в которой чиновники будут работать, а не противиться ей?

— В данном случае государственный служащий должен видеть: если он не отреагирует на «красные» сигналы вовремя (или не отреагирует вообще), то попросту лишится кресла. Как минимум. Ставки достаточно высоки. Сегодня власти работают не в вакууме: они между молотом управленческой вертикали и наковальней общественного мнения. Если люди выйдут на улицу протестовать, например, против необоснованного роста тарифов ЖКХ, то ответственному за это направление (а то и вышестоящему начальству) на месте не усидеть. Непотопляемость чиновников уходит в прошлое, и они это понимают.

А как соотнести ваш проект с наличием в той же мэрии Новосибирска информационно-аналитического управления из трех отделов, которое вроде бы должно заниматься тем же самым?

— Если говорить откровенно, то эта структура, как мне кажется, отслеживает далеко не всё, а главное — не выполняет прогностической функции. Иначе мэрии и лично Анатолию Евгеньевичу Локотю не приходилось бы в пожарном порядке реагировать на «непредсказуемые» общественные проявления недовольства. И вообще, правильна ли система, в которой риски для некоторой структуры и её руководства прогнозируют сотрудники самой структуры? Это же конфликт интересов в чистом виде: вы кладёте на стол руководству материал, гласящий о том, когда и почему оно может смениться… Я считаю, что аутсорсинг здесь намного корректнее.  И авторитетнее, если речь идет о консорциуме институтов Новосибирского научного центра и университета.

В целом предлагаемая нами программа чётко вписывается в концепцию «умного города», где моделируется и автоматизировано управляется всё и вся — транспортные потоки, энергетика, обеспечение безопасности, водоснабжение и прочее.  При ограниченности бюджетов математическая модель позволяет уточнить условия любой задачи, спрогнозировать её выполнение и дать развёрнутое обоснование для реального проектирования.

Беседовал: Андрей Соболевский Наука в Сибири

Фото: old.academ.info