Процесс вторичной урбанизации (реурбанизация), подразумевающий тотальное архитектурно-функциональное переформатирование давно обжитых городских территорий, становится новосибирской повседневностью. Реурбанизация — процесс, в принципе, типичный для динамично растущих мегаполисов. У Москвы плотный опыт реурбанизации насчитывает более 80 лет, а у Парижа — полтора века. Новосибирск к этому градостроительному тренду подключился недавно — на глазах одного поколения, в последние десять лет. И реурбанизация уже становится экономическим драйвером для смежных отраслей. Например, для сферы так называемой демонтажной утилизации  —  индустрии, специализирующейся на переработке лома сносимых зданий и сооружений.

Вплоть до недавнего времени обобщенным образом сносимого новосибирского дома был щитовой барак или изба новониколаевских времен. Но в ходе градостроительного развития этот типажный список радикально расширился и обновился за счет зданий из капитальных материалов — кирпича, бетона, железобетона. Именно они образуют рыночную перспективу для предприятий демонтажной утилизации. Сносимые здания —  их «хлеб» и сырье для производства товарной продукции —материалов, которые возвращаются в строительный оборот. Первый большой выброс такого «хлеба» был обусловлен возвратом в плоскость жилой и общественной застройки бывших заводов в центре Новосибирска и в его срединных районах.

— В связи с выносом промышленных предприятий из центра города образовалось большое количество бетонного и железобетонного лома, — констатирует Сергей Гараджа, директор ООО «ЭкоСервис», спикер научно-практической конференции «Переработка вторичного сырья для нужд городского хозяйства муниципальных образований», прошедшей в Новосибирском государственном архитектурно-строительном университете (НГАСУ/Сибстрин). — Цеха и другие постройки выносимых предприятий — это, как правило, сооружения из капитальных материалов —  кирпича, сборного железобетона. И лом, который дает снос таких объектов —  это тоже материал с коммерческим потенциалом.

Сергей Гараджа возглавляет предприятие, специализирующееся именно на переработке демонтажного лома — стационарный полигон, принимающий элементы и фрагменты зданий, исчезнувших с карты Новосибирска в ходе редевелопмента.

— Есть, к слову, передвижные установки для переработки демонтажного лома, но у них весомые минусы — большой шум и запыленность, — объясняет технологическую вариативность этого бизнеса  Сергей Гараджа. — Наш полигон — это именно стационарный формат. Он более эффективен по продуктивности и требует меньше энергии. Пропускная мощность этого полигона —  примерно 50 тонн в час. После демонтажа зданий бетонные и железобетонные  элементы и фрагменты  вывозятся на наш полигон, где сортируются, подготавливаются к переработке. Из  строительных фрагментов извлекается  арматурный металл, извлекается цветной металл из кабельных каналов сборных стеновых блоков, взаимно разделяются бетонные и деревянные элементы конструкций — короба дверных проемов, оконные блоки. Арматурный и кабельный металл идет в переработку по своим технологическим векторам, бетон, разделенный с металлом и деревом, идет на дробление. Полученный щебень очищается и просеивается. Сертифицированный по ГОСТу, он идет во вторичное использование как инертный материал — применяется для строительства парковок, как гравийное основание дорог. Его охотно берут муниципалитеты Новосибирского района для ремонта щебеночных дорог. Сейчас мы перерабатываем так называемые старые бетоны — бетоны 1954-го, 1956-го, 1958-го годов. С 2020 года мы начнем выпускать и щебень из дробленого кирпича и керамики. Это не новое изобретение, он существовал еще в советской строительной практике. Это еще советский ГОСТ, но основательно забытый. Мы его переоформили по техническим условиям. Кирпично-керамический щебень не такой прочный, как щебень бетонный, но у него тоже есть свое функциональное поле, мы изучили его востребованность. Он подойдет для отсыпочных работ, пригодится в дорожном строительстве, в сфере благоустройства.

Как сказал Сергей Гараджа, технологический идеал полигона  «ЭкоСервис» — перерабатывать весь строительный мусор, образующийся при сносе ветхих зданий или переформатировании бывших промышленных площадок. В буквальном смысле весь, стопроцентно. То есть в пропорции «сколько машин с ломом  приехали, столько машин с переработанным продуктом и уедут».

— У нас нет ни складов, ни зон хранения, мы предприятие именно быстрого продуктивного цикла, —  подчеркивает Гараджа. — То есть все, что принял и переработал полигон, максимально быстро идет в дело, возвращается в строительную или дорожную индустрию. Привез КАМАЗ  десять тонн лома — десять же и увез в виде щебня. Древесные отходы пилятся и становятся топливным материалом, бетон и кирпич перерабатываются на щебень. Пожалуй, единственный неосвоенный пока нами сегмент — это полимерные компоненты демонтажного лома. Пластики разных составов — полистирол, полиэтилен, полипропилен, композитные материалы на полимерной основе. Это кабельные каналы, оставшиеся в плитах, розеточные короба, выключатели, другие элементы электроарматуры. До сей поры эти пластиковые элементы вряд ли можно пустить во вторичное обращение в силу высокой загрязненности цементом. Поэтому в этом году мы запускаем небольшую пиролизную  установку, которая позволит нам эту проблему окончательно решить.

Индустрия демонтажной утилизации —  сфера заведомо необширная по числу операторов. Но тем, кто вовремя в ней обжился, она дает весьма долгосрочные шансы на успех, так как редевелопмент в заведомо большом и быстро растущем городе — процесс практически бесконечный. Например, самобытной отрасли может быть особо интересен так называемый «Список 90» — утвержденный мэрией Новосибирска перечень из 90 аварийных многоквартирных домов, подлежащих расселению и сносу по муниципальной программе «Создание условий для осуществления гражданами права на жилище на территории города Новосибирска» на 2019–2023 годы. В нем не только щитовые и бревенчатые «деревяшки», но и большая доля двухэтажных домов из шлакобетонных блоков, домов в комбинированном кирпично-шлакоблочном исполнении. И есть даже одна «сталинка»-четырехэтажка — на улице Станиславского, 5.

— По большом счету в ближайшем будущем мы хотели бы взять на себя не только переработку демонтажного лома, но и сам демонтаж как таковой, — делится планами Сергей Гараджа. — Чтобы проводить сортировку на этапе разборки, делать комплексный демонтажный мониторинг — линолеум отдельно, окна отдельно, кровельные материалы отдельно, стены отдельно. Тогда само понятие «демонтаж» обретет максимальную экономическую эффективность.

Фото: pixabay.com, автор- stux