Мастер-план — сравнительно новая реалия российского градостроительства. Настолько, что порой сами представители строительной отрасли путают его с генпланом. Между тем — это не одно и тоже. Мастер-плану присуща этакая здоровая приземленность и более четкая пропорция «задача/проблема — целевой объект этой задачи/проблемы — средство воплощения — срок воплощения». Мастер-план зримо отличается от генпланов тем, что содержит финансовые обоснования. В активный обиход теоретиков и практиков градоразвития это понятие вошло в 2022-24-м с подачи президента. Первым лабораторным полем стали две столицы, во второй обойме находятся города большой семёрки, полумиллионники и средние города. Разумеется, Новосибирск — тоже в сообществе из 200 городов, которые получат мастер-планы. Он в верхней части этого списка, но по мнению участников форума, городу нужно серьёзно осмыслять себя.

Круглый стол довольно длинный

Круглый стол в архитектурно-строительном университете — органическая часть этого процесса. Его ранний, хотя и не самый начальный этап. На круглый стол в НГАСУ для предметного разговора на эту тему собрались все стороны, причастные к процессу — и теоретики урбанистики, и её практики, готовые рассуждать о мастер-планах на примере собственных кейсов — уже воплощенных проектов или находящихся в фазе реализации.

Титульная задача мероприятия оглашалась так: сформировать рабочую платформу для выработки единого подхода между государственными органами (город, область), федеральными экспертами и бизнес-сообществом по созданию эффективного и реализуемого мастер-плана Новосибирска, отвечающего целям нацпроекта «Комплексное развитие территорий».

Актуальность темы способствовала тому, что ярки и активны были практически все, сидевшие за круглым (овальным, если уж совсем точно) столом. Но и топ-спикеры выявились достаточно наглядно и быстро.

Так, Илья Заливухин, директор проектного бюро «Яузапроект», автор концептуальной основы мастер-плана Новосибирска, рассказал о своей аналогичной работе для Москвы, а Алексей Мякота, директор красноярской архитектурной студии ООО «АДМ» — «Архитектура Дизайн Моделирование» и эксперт по экологической урбанистике, поделился опытом работы над водно-ландшафтным парком в Ачинске.

Поскольку выступали эти авторитетные персоны друг за другом, интересна была не только фактура выступлений, но и разница в её подаче. Стиль Алексея Мякоты — «тёплая и ламповая», этакая винтажно-профессорская манера. Лекция со множеством метафор, гипербол, образных отступлений, эмоционально-риторических фигур — очаровательно академичная, но очень уж гуманитарная для такой повестки дня, очень «фланелевая и кашемировая». Когда повествование дошло до конкретных деталей ачинского кейса, весомая часть публики уже потонула в этом уюте, как котята, угревшиеся под пледом.

Илья Заливухин, напротив, олицетворял скорострельную московскую деловитость. Он, можно сказать, само понятие «мастер-план» видел во всех его фазах развития — в стиле фразы «Я тебя во-о-от такусеньким помню».

Заливухин фактически состоит в числе крёстных родителей этой реалии: его компания мастер-планами городов занимается 15 лет.

Зелень — это инженерная ценность, а не хипповская фенька!

Инфраструктуру Заливухин называет динамической первоосновой мастер-плана. Для генерации мастер-плана нужно прежде всего увидеть в динамике, в функционале генплан города. Ведь генетическая проблема многих генпланов — их умозрительность и изначальная отдаленность от «биохимии» живого города. Они существуют как бы в обобщенном будущем, тогда как мастер-план будто держит в руках календарь, таймер и калькулятор. По мнению Ильи Заливухина, Новосибирску остро необходим транспортный каркас, объединяющий весь линейный электротранспорт — метро, трамвай, городскую электричку (желательно — не в магистрально-грузовом коридоре Транссиба и Алтайской железной дороги, а на дополнительных путях.)

Да, эту идею местная публика встретила бессловесным, сугубо интонационным, но очень понятным горестным вздохом (дескать, а деньги где?), на что Заливухин сразу же ответил, что это рано или поздно все равно делать придётся. В противном случае получится компромисс.

— Идея компромиссов, гибридов — это ущербно и порочно. Либо мальчик, либо девочка. Никаких средних вариантов! — констатировал эксперт, подчеркнув, что в градоразвитии любой компромисс — тупик и путь к мучениям, к стагнации, а не к развитию.

Например, идея Скоростных Центральных Диаметров и Юго-Восточная хорда — идеи, предложенные именно «Яузапроектом». И примеры проектов, воплощенных с компромиссом и без. Так, Центральные Диаметры отлично выстрелили, сделав реалией такие прежде фантастичные идиомы как «Большая Москва» и «Метро до Подольска». Ибо фактически это и есть наземное метро — с сугубо метролитеновским уровнем комфорта и таймингом. А вот Юго-Восточная хорда, как посетовал сам Илья, полновесно не работает, ибо функциональность замысла испортил дурацкий компромисс — пересечение с магистралями жилых районов. Новосибирцы на этих словах словили локальный флэшбэк — Ипподромскую магистраль, спотыкающуюся об улицу Кропоткина.

По мнению Ильи Заливухина, наиболее референтным для Новосибирска может быть мастер-план для Петербурга. Город по масштабам более сравнимый с нашим, нежели Москва. В питерском мастер-плане сделана опора на идею зелёного каркаса и развитие промышленных территорий (как и в Новосибирске, там хватает пятен промышленной застройки, окруженных жильём и впавших в стагнацию). Аналогом московских центральных диаметров там названо наземное метро в Пулково, Колпино, Сестрорецк. Впрочем, в Петербурге это пока в списке «Очень хочется, но мы пока подумаем» — всё-таки бюджет Петербурга ближе к новосибирскому, нежели к московскому.

А Краснодар, куда так любят переселяться наивно-восторженные новосибирцы, Заливухин назвал коллекцией градостроительных ошибок. И похвалил новосибирцев за то, что многие краснодарские глупости они пока не повторили. Публика комплимент приняла несколько растерянно — новосибирцы пугаются, когда их город хвалят и начинают искать подвох.

Примечательно, что и на садово-парковое планирование Илья Заливухин предпочитает смотреть не с друидским благоговением (как многие в Новосибирске), а тоже вполне монетаристски. Он убежден, что зелёный каркас города и транспортный каркас в равной мере стимулируют девелоперов. И то и другое — вполне инженерные понятия.

— Транспортный каркас побуждает продуктивную синергию, — равно как и парки, образовательные кластеры. Чем больше инфраструктуры, тем больше может быть объём застройки, тем выше её нетравмирующая плотность. Плотность без инфраструктуры — это стресс-фактор, патоген. Строить в центре — нормальное желание девелопера. Стройки в полях им нафиг не нужны. Значит, нужно думать над тем, что бы строительство в центре долго было возможным, в долгосрочной перспективе — чтобы центры городов не исчерпывали себя и не застывали во времени и продолжали развиваться и обновляться. Именно так сейчас развиваются мировые столицы. Тогда как в России насаждается подход «Объявим центр неприкосновенным и будем застраивать окраины». В итоге города расползаются, а из исторических центров уходит жизнь, они ветшают, — подчеркнул Илья Заливухин

Хватит пафоса города-кузницы!

В дискуссионной фазе мероприятия участники сошлись на том, что Новосибирску нужна детализированная стратегия — с максимумом конкретики и с минимумом лирики и метафорики.

— К идее мастер-плана Новосибирска мы пришли в 2024-ом. О Новосибирске нельзя говорить в отрыве от других сибирских городов. Ибо между ними жесткая конкуренция. Новосибирск нужно воспринимать на трех уровнях планирования — федеральный, локальный и макрорегиональный. В том числе в этом контексте нужно говорить об идее сбережения населения. Демографический прирост Новосибирска замедлился. Качественное (в профессионально-образовательном смысле), молодое, позитивно фертильное население вымывается в две столицы и замещается мигрантами (хорошо если хотя бы сибиряками провинциалами, но есть варианты и похуже), — рассуждает Пётр Долнаков, вице-президент союза архитекторов России по СФО.

Старение населения — столь же наблюдаемый процесс. Амплуа студенческого города у Новосибирска как-то плавно и незаметно пропало.

По наблюдениям сразу нескольких участников круглого стола особый драматизм в том, что драйвером отъезда из Новосибирска становится рождение первого же ребёнка. И происходит он под девизом «Наша деточка-конфеточка должна расти в лучшем месте». Конечно, можно всё списать на типичное для зумеров детобожие, на слащаво-токсичную «яжмамскую» субкульутуру. Но это будет сугубо формальным самоуспокоением.  Новосибирск, как подчеркнули Пётр Долнаков и главный архитектор Новосибирска Иван Штурбабин, должен перестать быть городом-трамплином и стать местом укоренения.

Мастер-план — это шанс для Новосибирска. Не то, чтобы совсем последний. Но, скажем так, предпоследний. У такого большого города всё равно есть некоторая инерция, но замедляться, отставать и «зависать» он всё равно начнёт. Причём, в обозримом будущем.

Как подчеркнул Александр Бойко, глава корпорации ТS Group, города, не умеющие внятно оглашать свои стратегии развития, сейчас быстро оттесняются от окошка государевой кассы более деловитыми соперниками.

— Нужен пакет документов — без него не привлечь денег. А окно возможностей по деньгам открывается 2-3 раза в год, не больше, — констатировал он, особо настояв на ценности конкретики во всех документах.

В законопроекте о мастер-планах есть важный нюанс — необходимость периодизации по годам, подхватил мысль Александра Бойко Илья Заливухин, По его словам, когда такая периодизация внятно исполнена, это уже очень помогает в диалоге с Минэко.

В общем, чёткий таймлайн и предметность — добродетели любого мастер-плана, ориентированного на успех. Более того, это вообще норма любого разговора «о деньгах и симпатиях», который любой город затевает с федеральной властью.

Долгое время проблемой федеральной самопрезентации Новосибирска было именно блуждание в избыточной образности. Причем, в образности ретроспективной и вязкой. Конфузного максимума эта проблема достигла при прошлом мэре — когда в бумагах от пожилых энтузиастов (тоже, кстати, урбанистов в их собственном понимании) замелькали грёзы о «возрождении великих советских заводов».

По таким ретро-романтикам тот же Заливухин нанёс вежливый, но точный заочный кик-шот, намекнув, что все эти «кузницы Победы» в срединном поясе Новосибирска теперь не реликвия и не сокровище, а громоздкая проблема.

Очаги эвакуационной индустриализации 1941-го изначально были травмой, просто город постепенно с ними свыкся и стал считать их естественными чертами своей внешности.

Как подчеркнул Заливухин, эти серо-ржавые* территории (*на картах городов их окрашивают в серый цвет или в охру, тогда как жилые кварталы — в розовый) можно превратить в золотые.

Новосибирск и правда большой

Точкой солидаризации стала и мысль о том, что нужно мыслить категориями Новосибирской агломерации, не замыкаясь административными границами Новосибирска. Но, впрочем, без буквальной тождественности, вглядываясь в нюансы.

— Стратегию развития Новосибирской области не получится переделать в мастер-план Новосибирска, так как там разный уровень детализации, — уточнил Иван Фаткин, главный архитектор Новосибирской области.

Главными точками приложения мастер-плана участники круглого стола назвали пилотные территории — Военный городок (имеющий потенциал стать новой частью старого центра), единую набережную до Заельцовского парка, левобережные промзоны, берега Ини, юго-восточную часть (Кольцово, Барышево), юг в сторону Бердска. Предложено раскапывать малые реки — недооценённое в 1960-70-х сокровище города. В числе планировочных приоритетов назван вывод старого центра к Оби и его тонкое уплотнение.

— Надо создать рабочую группу, которая с плодами своих трудов пойдёт к властям. А ещё нужна честная демография — точно знать, сколько людей у нас живёт. И для кого строить школы и прочее. И для кого плодить миллионы квадратных метров. От девелоперов нужно не денег просить, а раскрытия статистики. А еще нужна межведомственная и межкорпоративная координация. В том числе и с такими гигантами как «РЖД». Железная дорога — и боль, и сила Новосибирска. Она его создала, она его и убивает в некотором смысле. Нужно предметное партнерство с «РЖД», ибо железнодорожное ведомство генетически причастно к городу, — резюмировал Петр Долнаков.

Круглый стол зафиналили соглашением о создании рабочей группы по созданию мастер-плана. Конфигурироваться она будет в онлайн-режиме, а первые свои наработки покажет и сверит на Сибирской Строительной Неделе.

Ранее редакция приводила мнение эксперта о том, что сегодня бюджет и застройщики взяли на себя завышенные обязательства по строительству социальной инфраструктуры.