Член президентского совета НП ИПБ России, член общественного совета при Минфине Новосибирской области, член общественного совета при УФНС по Новосибирской области, руководитель ЧОУ ДПО «Учебный центр технико-экономических знаний» Константин Един — о заблуждениях бизнеса в работе с налоговыми органами и о том, почему нельзя играть в игры с государством.

«Налоговая сегодня — цифровой монстр»

— Константин Викторович, на ваш взгляд, насколько реально утверждение власти о том, что она не кошмарит бизнес с точки зрения налогообложения в связи со сложной экономической ситуацией?

— Вопрос уплаты налогов для бизнеса всегда очень серьезный. Все руководящие органы, представители власти пытаются успокоить нас и говорят: «Все хорошо, мы ослабляем налоговый контроль, не придираемся к вам, не кошмарим бизнес, заплатите налоги и спите спокойно». Однако далеко не каждый собственник, руководитель знает, какой сумасшедший объем информации приходит вашим бухгалтерам из налоговых инспекций. Налоговый контроль не уменьшился — это абсолютно точно. Те налоговые реалии, в которых мы сейчас находимся, очень далеки от лозунгов, что мы слышим от органов власти.

При этом я хочу предупредить: наши визави в налоговых органах — очень серьезные профессионалы. Не нужно к ним пытаться относиться пренебрежительно, считать, что вы можете их обмануть. Здесь как нельзя кстати подходят слова Ильфа и Петрова, вложенные в уста Остапа Бендера: «Я с государством в азартные игры не играю». Это совершенно бесполезно — у бизнеса и государства слишком разные весовые категория.

 — Что вы имеете ввиду?

— Сегодня специалисты налоговой инспекции используют в своей деятельности более 20 автоматизированных систем контроля. На слуху у бизнеса всего пара из них. Сегодня налоговая служба является самым крупным цифровым монстром у нас в стране и обладает такими возможностями, которые даже Минцифры не снились. В свое время эту работу начинал нынешний премьер Михаил Мишустин, но инициатором процесса цифровизации ФНС был ее нынешний глава Даниил Егоров. Аналитические отделы налоговой за последние годы выросли в разы, в отличии от других подразделений, где идут сокращения и ощущается дефицит кадров.

Так что информации у налоговиков сегодня огромное количество. Поэтому, когда клиенты нам сегодня говорят: «Нам нужно распределить наши финансовые потоки, зарегистрировать еще одно предприятие», я сразу спрашиваю, а кто его будет контролировать. Ответы «зарегистрируем на сына гендиректора — он под другой фамилией, поэтому никаких вопросов по взаимозависимости и контролируемости сделок», простите, не прокатывают. У налоговой на администрировании находится реестр ЗАГСа, и они все эти нюансы видят «по щелчку».

— Сейчас много говорят о необходимости поиска баланса интересов государства и бизнеса. На ваш взгляд, это в принципе возможно?

— С точки зрения логики баланс предусматривает одинаковые возможности и обязательства, но любой экономист или руководитель вам скажет, что у нас «баланс» все время перевешивает в пользу государства, то есть срабатывает постулат, что «мы равны, но государство равнее». Поэтому мы, бизнес, должны выстраивать отношения с контролирующим органом.

— Как вы оцениваете заявления о том, что в ФНС усилена работа по борьбе с коррупцией?

— Я всеми руками за! И, если честно, при нынешнем уровне цифровизации ФНС вы попробуйте решить хоть какой-то вопрос с налоговой неофициально. Не получится! Еще прежний руководитель УФНС по Новосибирской области Алексей Легостаев на встрече с предпринимателями предупреждал, что ни один работник налоговых органов области, в том числе он, не может ничего гарантировать налогоплательщику. Он пояснял, что претензий к налогоплательщику может не быть только на сегодняшний день и конкретный момент, но завтра по компании, предпринимателю появится другая информация — и у бизнеса начнутся новые проблемы. Пытаться решить сегодня вопрос с налоговым органом за деньги бессмысленно и невозможно.

Правила игры пишутся «по ходу дела»

— А что скажете по поводу появления новых понятий, которыми налогоплательщиков РФ власти «радуют» довольно часто?

— Новые стандарты — это волшебные вещи. Например, каждый из бизнесменов слышал о таком понятии, как «должная осмотрительность при выборе контрагента». Эта история тянется с 2007 года. Сейчас придумали новое понятие — «налоговая осмотрительность». А где, в каких документах написано, что это такое?

Еще пример, сейчас налоговая ко всем предпринимателям постоянно предъявляет определенные претензии: «не с тем налоговым агентом отработали». А какую я должен принести справку и откуда, чтобы вы сказали, что этот налоговый агент белый и пушистый, что у вас из-за него к нам не будет никаких претензий? Нет такого документа.

У нас правила игры с налоговой инспекцией меняются по ходу работы по принципу «мы потом что-то придумаем».

Еще один пример — непрерывность мониторинга налоговых обязательств. У нас нет такого, что вас сегодня посмотрели, проверили и завтра отпустили. Проверять, дергать, тюкать, направлять уведомления будут постоянно. Кстати, очень яркий пример того, что не нужно делать, если вы получили от налоговой документ, который называется «информационное сообщение». Можете с ним внимательно ознакомиться… и забыть. В Налоговом кодексе нет таких документов, и вы не должны ничего отвечать и предоставлять по нему в налоговые органы. Отвечать нужно тогда, когда документ пришел в виде требования или уведомления.

— По вашим оценкам, можно ли сегодня в суде доказать ошибочность решения налоговой?

— У нас в стране нет такого понятия, как прецедент. Каждый раз судья выносит решение исходя из доводов, судебная практика формируется из подходов исполнительной власти, общественного мнения и т.д. Налоговая говорит: «Суд уже принимал решения по таким искам, поэтому мы все равно победим».

На мой взгляд, свои интересы в любом случае защищать нужно, не стоит сразу «поднимать лапки». Наши визави — тоже люди, которые могут ошибаться, и эти ошибки дают нам возможность их оспаривать.

Налоговая всегда «играет белыми»

— При разговоре с предпринимателями вы нередко сравниваете взаимодействие с налоговой — игрой в шахматы. Почему?

— По целому ряду причин.

— Прежде всего, налоговый орган всегда выступает в роли гроссмейстера. У него все ресурсы государства. А любой налогоплательщик при таких вводных — любитель. С другой стороны, в шахматах есть правило: для того, чтобы добиться успеха, ты всегда должен играть с более сильным противником. Если играешь с равными, то никакого движения не будет, ты никогда ничего нового для себя не узнаешь.

— Налоговые органы всегда начинают первыми, то есть они «играют белыми».

— Налоговые органы всегда устанавливают правила. Иногда они меняются на ходу, что очень обидно.

— Несмотря на то, что в любой шахматной партии мы стремимся выиграть, в отношениях с налоговой инспекцией всегда лучше ничья. Самое хорошее в отношениях с налоговиками — это безразличие, когда они вас не видят, а вы о них ничего не слышите. Это идеальные взаимоотношения!

— Вы уже говорили: многие предприниматели заблуждаются в своих надеждах на то, что они смогут обмануть налоговую, переписывая часть бизнеса на родственников под другой фамилией. С какими заблуждениями вы еще сталкиваетесь?

— Можно договориться. Идти на сделку с налоговыми органами крайне опасно. Если вы даете слабину, вы показываете налоговикам «рыбное место» — и в следующий раз они снова придут к вам, улучшая показатели своей отчетности.

— Спорить с налоговым органом бессмысленно. Как я уже говорил, если мы заглянем в Гражданский кодекс, то поймем, что предприниматели и государственные органы находятся в равном положении с налоговиками, то есть оспаривать их решение в суде можно и нужно.

— Не боюсь проверок — у меня «белый» бизнес. Еще в 2011 году один из представителей ФНС в Москве на совещании сказал: «Нам не нужны компании-однодневки. Чтобы их не было, нам нужно поставить реально работающий бизнес в такое положение, чтобы ему было не выгодно работать с однодневками». Налоговая справилась с этой задачей на ура. Сейчас мы все боимся, что не дай бог наш контрагент «засветится красным» в ЕГРЮЛ. Тогда проблемы появятся у нас, несмотря на то, что наш бизнес «белый». Непонятно, кстати, почему. Нам придется в суде доказывать, что однодневки не имеют к нам отношения. Если налоговая докажет подконтрольность, то на нас повесят чужие долги. Читать закон в виде Налогового кодекса сегодня невозможно, так как одинаковые нормы НК мы с налоговиками трактуем по-разному. Практика показывает, что презумпция невиновности у нас в стране де-юре есть, но де-факто ее приходится доказывать в суде.

По данным ФНС, в Новосибирской области за 9 месяцев 2022 года по инициативе налоговой из ЕГРЮЛ были исключены 4 тысячи юрлиц, при том что всего зарегистрированы 84 тысячи. Еще раз подчеркну — это решение не собственника, а налоговой. Ликвидируются не только неработающие компании, но и действующие — из-за несоответствия юридического адреса, несоответствия данных по единоличному исполнительному органу и т.д..

— «С моей фирмы могут взыскать только то, что у нее есть». А тут мы вспоминает ст.45 НК про субсидиарную ответственность. Сегодня она очень распространена, и количество выигранных дел по ней у налоговой зашкаливает. Кстати, при встрече с предпринимателями я постоянно задаю вопрос: «Знаете ли вы, с какой суммы неуплаченных налогов возникает риск получить уголовную ответственность и «загреметь под фанфары?» Многие бизнесмены не знают предела своей ответственности и думают, что у них все хорошо. Между тем сейчас уголовное дело по неуплате налогов может быть возбуждено с общей суммы задолженности от 15 млн рублей.

— У меня хороший главный бухгалтер/финансист. К сожалению, сегодня на первый план выходят не бухгалтеры и финансисты, а налоговые юристы и адвокаты. Практика показывает, что налоговые дела сейчас выигрываются в основном за счет зацепок в законодательстве. Проблема в том, что налоговых адвокатов сегодня нигде не готовят. В специализированном Томском юридическом университете за 4 года бакалавриата дают 60 часов налогового права. У нас бухгалтеры на курсах в 260 часов, получают 80 часов налогового права. И такой «юрист» потом приходит в компанию, ничего не зная про налоги. В нашей компании мы налогового адвоката воспитывали сами.

— «Налоговому органу невыгодно убивать хорошо работающий бизнес». Поверьте, ФНС это фиолетово! Сегодня на этом месте работаете вы — завтра вместо вас придут другие. К сожалению, практика показывает, что это именно так.

— Каких изменений вы ожидаете на региональном уровне?

— В мае этого года в результате плановой ротации в Новосибирске поменялся руководитель УФНС. К нам пришел руководитель из Томска — профессионал очень высокого класса, по оценкам томских налогоплательщиков, но очень жесткий. Когда я с ним познакомился, то почувствовал, что никакого послабления в налоговом контроле с новым руководством УФНС бизнес не ждет. Не хочу никого пугать, но я вижу, понимая все реалии, что новый руководитель ратует за равный диалог с налогоплательщиком, но при увеличении налоговых проверок и ужесточении налогового контроля. Проще точно не будет, а значит, новосибирскому бизнесу нужно срочно проводить ревизию всех своих бизнес-процессов.

По материалам выступления на ноябрьской экспертной сессии Общественного объединения VIP—club.