Участники второго профессионального форума «Сибирь-ритуал 2021» намерены выйти к органам федеральной власти с законодательной инициативой, а именно принять нормативно-правовую базу, отвечающую сегодняшним реалиям.

— Мы решили провести форум и рассмотреть вопросы, касающиеся ритуальной сферы, ее нормативно-правового регулирования, изменения правил и норм, — говорит начальник управления потребительского рынка мэрии Новосибирска Наталья Чагина.

Действующий федеральный закон был принят в 1996 году. Он давно морально устарел, и сейчас специалисты-ритуальщики в регионах вынуждены работать по принципу «кто во что горазд», перенимая опыт наиболее удачливых соседей и рискуя нарваться на штрафы.

— Данная сфера — самая неурегулированная, — считает депутат Госдумы Алексей Гузанов. — Я бы выделил основные проблемы. Первая — должен появиться орган власти, с которым отрасли можно вести разговор. Я искал контакты, но не смог найти. Вторая — отсутствие четкого регулирования полномочий федерального центра, субъектов и муниципалитетов. Третья — отсутствие терминов в законодательстве, которые должны однозначно толковаться во всех субъектах. Также отсутствует система учета земли на кладбищах и система общественно-государственного контроля. Все эти вопросы должны быть включены в новый проект федерального закона.

В ходе обсуждения участники форума наметили несколько основных направлений, нуждающихся в регулировании в первую очередь.

Первое — медицинское

Как рассказывают ритуальщики, в период пика пандемии коронавируса специалисты отрасли оказались, по сути, на передовой, когда вместе с количеством умерших возросла и опасность новой инфекции, в первую очередь для сотрудников похоронных организаций. Тогда впервые встали вопросы безопасности принятия покойных, новых регламентов организации прощальных церемоний для родственников.

— Мы все оказались в непростых условиях, — рассказывает исполнительный директор «Союз похоронных организаций и крематориев России» (СПОК) Елена Андреева. — Минувший год можно охарактеризовать как состояние шока. У наших коллег не было возможности уйти в режим удаленной работы, спрятаться.

При этом, по информации специалистов отрасли, единой методички по захоронению умерших от коронавируса не было — где-то приходилось консультироваться с Минздравом, где-то с Роспотребнадзором и другими профильными ведомствами. В Новосибирске, в частности, ряд вопросов на первых порах решался в том числе силами муниципалитета.

— В этот период деятельность департамента фактически велась круглосуточно, — говорит начальник департамента инвестиций, потребительского рынка, инноваций и предпринимательства мэрии Виталий Витухин. — Когда поступила информация о первом умершем от коронавируса, никто из главврачей даже представить не мог, как осуществлять захоронение. Мы в круглосуточном режиме составляли рекомендации, лично выходили на главврачей, поддерживали связь с родственниками, которые уже не могли подойти к умершему, провести церемонию прощания. Затем появился регламент Минздрава области, и больницы начали выдавать, как и положено, трупы умерших в закрытых гробах, с исполнением определенных мероприятий внутри гроба.

Еще один медицинский аспект, о котором говорят представители отрасли, наоборот, касается строгого разграничения полномочий здравоохранения и ритуальной отрасли.

— Давайте отделять медицинские услуги от ритуальных, — говорит президент «Союза похоронных организаций и крематориев» (СПОК) Павел Кодыш. — Какое отношение вы, ритуальщики, имеете к медицине? Мы не отвечаем за морги, патологоанатомов, судебку, а нас сращивают с этими структурами, и, может быть, поэтому люди получают еще больше негатива. Именно в медицине их обирают за подготовку к похоронам. Мне задают вопрос: «Как так, гроб открывать нельзя, но требуют за подготовку, косметику деньги, до 40 тысяч рублей?». Нужно отделять медицину от ритуальной отрасли. Выдал свидетельство о смерти, зашил, положил — все, медицина закончилась, дальше начинаются ритуальные услуги.

Напомним, что в Новосибирске уже не первый год стоит проблема слива данных родственников покойного «левым» похоронным организациям со стороны отдельных сотрудников медучреждений. Так, на заседании профильной комиссии горсовета Новосибирска прошлого созыва назывались факты появления ритуальных агентов в доме покойного еще до того, как его семья получала свидетельство о смерти. Это не секрет и для контролирующих органов.

— В первую очередь в этом процессе задействованы лечебные учреждения, — подтверждает руководитель УФАС РФ по Новосибирску Александр Годованюк. — Они первые получают сведения о факте смерти. Эта информация передается за определенное вознаграждение хозяйствующим субъектам. Здесь мы работаем непосредственно с правоохранительными органами, пресекаем данные факты. Антимонопольным органом это квалифицируется как сговор между хозяйствующим субъектом и представителем органов государственной власти.

Напомним, в 2019 году было возбуждено уголовное дело в отношении заведующего патологоанатомическим отделением горбольницы №1. По версии следствия, он за взятки одной из частных организаций рекламировал ее родственникам покойных для организации ритуальных услуг.

Второе — коммерческое

Закон от 1996 года был принят в тот период, когда ритуальная сфера фактически регулировалась государственными органами на том или ином уровне до того, как ее часть стала рынком для коммерческих структур. Имеются в виду добросовестные предприниматели, занимающиеся изготовлением и продажей ритуальной продукции и сопутствующих товаров.

— Если мы доверяем коммерсантам, работаем с ними, пускаем на рынок, если даем возможность развиваться, вкладываться, значит, государство должно дать им возможность, гарантировать защиту от недобросовестной конкуренции, — говорят ритуальщики. — Значит, государство должно отрегулировать систему — кто будет в ней работать.

Третье — нюансы кремации

Еще один немаловажный аспект. В период принятия действующего законодательства покойных погребали исключительно в земле. Однако в последние годы все большую популярность приобретает кремация. В Новосибирской области в настоящее время кремации подвергаются около 40% от общего числа покойных. Но в других городах-миллионниках России, по данным СПОК, этот показатель гораздо выше: в Москве — 74%, Санкт-Петербурге — 71%. И это уже не российский, а международный тренд.

— Мы уходим от захоронения в землю, — приводит данные Павел Кодыш. — Европа, мир — 93% кремации, и только 7% — в землю. Поэтому и здесь нам нужно государство, чтобы оно определило, как будет защищен бизнес, какие это будут коммерческие структуры, которые станут предлагать такие услуги.

По информации мэрии Новосибирска, сейчас в муниципалитете работает комитет оказания услуг в ритуальной сфере, осуществляющий регулирование и контроль за деятельностью подведомственных учреждений — МУП «Похоронный дом ИМИ» и МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела «Ритуальные услуги». По линии МКУ осуществляется контроль за состоянием семи общественных кладбищ общей площадью 629 га, на которых с 1943 года проведено более 5 млн захоронений. Ежегодно в Новосибирске умирают примерно 15 тысяч человек, в Новосибирской области в 2020 году умерли 42,6 тысячи человек. В 2020 году силами МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела «Ритуальные услуги» захоронены более 14 тысячи умерших, из них 1042 — на безвозмездной основе по гарантированному перечню (по обращениям граждан — 346, без родных — 696).