Опера в концертной версии — формат особый. Он, скорее, меломанский, чем зрительский, поскольку изобразительный компонент в концертной опере сведен к минимуму: у исполнителей нет ролевых костюмов и грима, место действия тоже приходится додумывать в силу отсутствия декораций.

Тем не менее даже в столь жестком формате возможны художественные новации и жанровые прорывы. Одним из них заявлена опера Вагнера «Тангейзер», которой в ходе Трансибирского Арт-Фестиваля даже была посвящена специальная пресс-конференция. Пришедшаяся, к слову, на Международный День театра.

Опера «Тангейзер» еще при жизни Вагнера, числясь абсолютной новинкой и сенсацией, пережила авторские переработки: Вагнер, будучи перфекционистом, менял музыкальный рисунок некоторых сцен. Потому, например, дрезденская версия и парижская версия имеют собственные сообщества почитателей — одним нравится компактная трактовка «Грота Венеры», другим — масштабная и развернутая. Как подчеркнул дирижер нынешней версии Дмитрий Крюков, в Новосибирске сейчас представлена редакция от Дмитрия Крюкова, представляющая гармоничный симбиоз парижской и дрезденской подачи — от каждой взяты самые сильные стороны, раскрывающие авторский замысел максимально.

По технической сложности и музыкальному объему «Тангейзер» — одна из самых громоздких опер, так что инициаторам проекта было очевидно: почти три часа невизуализированного вагнеровского монументализма — испытание, нелегкое даже для самых стойких музыкальных гурманов. Потому концертный «Тангейзер»-2019 получил необычную визуальную поддержку — видеоарт от художницы Марии Кононовой.

В техническом смысле это видео-проекция станковой живописи с подвижными (анимационными) элементами, а в плане творческом — сочетание ролей театрального сценографа и классического художника-иллюстратора, подающего оперу без ограничительной оглядки на возможности сцены — как эпос или роман. Примечательно, что весь визуальный материал от Марии Кононовой — это не ватманы (обычные для художиков-сценографов), а основательные картины маслом на грунтованных подрамниках — такой вполне «капитальный» арт-продукт, предполагающий и самодостаточное любование. Для интеграции в визуальную ткань оперы эти холсты проходили компьютерную обработку и сценическое масштабирование. А на пресс-конференции были представлены «живьем». Для любителей театрального искусства это тоже довольно интересный материал, поскольку Мария Кононова ушла от стереотипов «вагнерографии» — стереотипов, замешанных на холодном колорите, готическом сумраке и прочих «песнях льда и пламени». «Тангейзер» от Кононовой — это по большей части солнечная, жизнелюбивая и жизнеутверждающая эстетика, в которой эрудиты опознают и привкус Дягилевских сезонов, и ранний советский авангард, и мотивы американского ар-деко. Они для Марии Кононовой практически родные — художница родилась в США в 1997 году. Этим и объясняется необычное начертание фамилий на холстах — в американской паспортной системе русские фамилии не имеют женских версий.

И, наконец, нынешний «Тангейзер» —  еще и возвращение этого бренда в собственно музыкальный контекст. Деликатная «ампутация» хайп-шлейфа от одиозного кулябинского «Тангейзера». Спекулятивных разжигателей авторы замысла явно ждали и морально подготовились.

— Во всяком случае, мы рады, что журналисты со спекулятивным запросом к нам сюда сегодня не пришли, — резюмировал директор Транссибирского Арт-Фестиваля Олег Белый.

Фото автора