Город с ярким архитектурным «я» привлекательнее и для инвесторов, и для миграции экономически эффективных граждан. И в конкурсе межрегиональных квази-столиц он тоже увереннее, чем соперники, которые просто «много строят». Переход от безликого арифметического «много» к более эмоциональным «оригинально», «амбициозно» и «столично» на новосибирском строительно-девелоперском рынке начался совсем недавно — в рамках одного технологического поколения, в рамках смены тренда. Но плоды уже налицо, благо в городе такого масштаба все новые веяния накапливаются до наблюдаемого уровня быстро, синхронно, в разных точках городской карты и в разных ломтях рыночного «пирога».

Жилье — маркер и драйвер процесса

За эстетическо-архитектурную репутацию города отвечают два типа недвижимости — большие гражданские здания с общегородскими функциями и жилье.

«Гражданка» — театры, кафедральные соборы, правительственные здания и вокзалы — все это крупнее по пропорциям, виднее в городском пейзаже и как бы по умолчанию наделено флагманской репутационной миссией. Жилье — фоновая масса фотопанорамы, гарнир.

Основная начинка открыточных наборов и подарочных фотоальбомов — это всегда макро-натура. Всегда дворцы правителей, большие театры (независимо от наличия слова BOLSHOY в официальном наименовании) и прочие нотр-дамы и саграды-фамилии. Жилье в параде городских амбиций и репутаций идет второй колонной.

Новосибирск в этом смысле долго балансировал между статусами троечника и хорошиста. Ибо, с одной стороны, открыточный набор у него давно столично-отличный. С другой — по выразительности жилой застройки и по совокупной эстетичности городской среды его долго обходили Барнаул, Красноярск и Иркутск. С третьей — бесконечно полагаться в репутационном армрестлинге на величие оперного театра и шарм крячковских зданий стало уже невозможно даже самым пылко-патриотичным новосибирцам. Что-то должно было измениться…

Новый масштаб — новые формы

И оно изменилось. И продолжает меняться.

Зримость этих перемен «подсвечена» спецификой отраслевых приоритетов и клиентских запросов. В последние годы стало очевидно: Новосибирск по своей панорамной пластике — город высоток. Город зданий «20+».

Эти здания популярны у застройщиков — в канве техноэкономического рацио.

Они популярны у покупателей: жить в высотке — это стильно, это по-столичному (при этом лагерь ненавистников высоток едва ли меньше).

Они эстетически активны — их красоту и оригинальность (или, напротив, уродство и банальность) невозможно игнорировать. Хотя бы просто в силу размера — они отлично видны и из окна, и с тротуара. Примерно так в свое время себя явила парижанам башня инженера Эйфеля — мол, вот она я, живите теперь со мной.

Кстати, первенец жанра — синий дом на Коммунистической — почти полный ролевой аналог парижской железяки. Ибо точно так же вызвал и шок традиционалистов, и радостное «Вау!» новаторов. И по сию пору, давно вписавшись в пейзаж, он держит в паритете своих обожателей и ненавистников.

Впрочем, в хейт-листе новейшей новосибирской архитектуры есть и более чеканные фигуранты. Но о них позже. Ибо разговор все же об удачах и бесспорных прорывах.

Синий дом «Бэтмэн» долго был самым страстным восклицательным знаком новосибирского нео-урбанизма. Высотки сопоставимого размера вслед за ним, дебютантом, пошли довольно густой порослью, но здания с сопоставимой выразительностью появились отнюдь не сразу.

Зато уж когда появились — кучно, вдогон и синхронно — стало понятно, что перед нами город с новым тонусом и новым уровнем амбиций. «Флотилия» и «Эдем» от ГК «Домстрой», «Статус», «Лео» от ГК «Строймастер», две башни комплекса «Гагаринский» — эти здания с яркой и взаимно несхожей архитектурой буквально пронзили собой приевшиеся новосибирские ландшафты, превратились в новые визуальные маркеры, в культовую фотонатуру, в новые вешки понятия «центр».

Так, именно с появлением «Флотилии» и «Статуса» улица Кирова стала восприниматься одной из центральных улиц — вместе с Красным проспектом и Вокзальной магистралью, на одном уровне — реально, обиходно. А не условно-декларативно, как в 1980-х, когда о ней впервые провозгласили: «Здесь будет новый центр!».

То, что это тоже центр, стало понятно именно сейчас — благодаря «домстроевским» домам-кораблям и зеркальному дому с «обратной» геометрией граней.

Именно эти здания берут в композицию fashion-фотографы, когда нужно «сделать загранично», именно они впечатляют гостей города. И, к слову, очень помогают быстро в нем сориентироваться. Город, где в створе улиц или из-за кромки крыш всегда и отовсюду видны большие дома с разнообразно-характерным обликом, просто не позволит гостю в себе заблудиться. Это ему тоже в плюс.       

Плюрализм — это по-нашему! 

Все самые видные и яркие новосибирские высотки — это практически коллекционное разнообразие форм. Даже надоевшее еще с 1960-х клише «дома из стекла и бетона» теперь не подразумевает той коробчатой одинаковости, что отождествлялась с этим техническим решением в пору молодости словесного штампа.

Например, и «Лео», и «Статус», и «Флотилия» — все из стекла и бетона. Но идентичность конструктива не обязывает к идентичности образа. «Флотилия» — хай-тек с нотами символизма, «Лео» — пример редкой, непривычной для Сибири пластической архитектуры, когда здание замышляется и подается в городском пространстве как цельная скульптурная форма. Необычная, практически лишенная углов форма «Лео» отождествляет его с творением ваятеля или стеклодува. И в потенциале этот еще не сданный дом — фигурант обновленной открыточной обоймы. Кстати, околоархитектурная общественность, говоря о «Лео», нашла причудливый повод для сетований: дескать, могли бы такой дом и поближе к центру построить, чтоб он был там в плотном букете видимых достопримечательностей. Но, с другой стороны, периметру новосибирского центра (каковым является район размещения «Лео») тоже ведь нужны свои знаковые здания.

Примечательно, что у одного и того же застройщика в портфолио есть контрастно-разные по стилистике здания. Например, «Домстрой», помимо корабельного модернизма «Флотилии» запомнился городу солнечными интерпретациями послевоенного сталинского классицизма в ЖК «Эдем» и французского функционализма 1930-50-х в облике ЖК «La Grande». В сугубо историческом смысле наш «сталианс» и французское «корбюзианство» — стили-ровесники, но у каждого свои поклонники. Зачастую принадлежащие, к слову, к одной и той же страте, одной социокультурной среде. Просто нравится им разное. И стройиндустрия отвечает. Она уже научилась различать нюансы вкусов и продолжает в этом деле совершенствоваться.

«Сталианс», «совампир» — один из любимейших архитектурных стилей в меню симпатий среднего горожанина. И было бы просто странно, если бы в Новосибирске не любили «сталианс». Любят и с удовольствием воспроизводят. С разной степенью узнаваемости и цитатной аккуратности. Но вполне активно.

 Воспоминание о непрожитом

Первой ласточкой этого тренда был дом на Советской, 8, построенный на месте реального довоенного здания, не вынесшего разрушительного пожара. Дом этот повторяет мотивы тридцатых очень узнаваемо. Но в других пропорциях — более характерных не для довоенной сибирской столицы, а для столицы настоящей — той самой, где «утро красит нежным светом». Фантазийная ретро-федерализация, можно сказать.

Такой подход вообще стал типичен для новосибирских застройщиков, обратившихся к вкусному и любимому публикой ретро-концепту. Новосибирские нео-сталинки — это архитектура сослагательного наклонения — те масштабы и формы, до которых в реальном Новосибирске стиль-оригинал не дожил. Из серии «Как бы оно было, если бы».

Два самых наглядных и эффектных примера — «Дом на Немировича» от ГК  «Новый Мир Химметалл» и «Дом на Березовой роще».

Примечательно, что обеим постройкам марочным именем служат сами их локации — их облик и роль в пейзаже настолько самодостаточны, что подогревать образ метафорами в названии не было нужды.

«Дом на Немировича» — ретроспектива зрелого «сталианса», сделанная в пропорциях, которых реальные сталинки Новосибирска не знали — все, что в таком масштабе у нас задумывалось в цитируемую эпоху, так и осталось на ватмане.

«Дом на Березовой роще» — еще более насыщенная цитатами нео-сталинка: в  ее линиях приметы послевоенных московских высоток смешаны с помпейскими мотивами поздних тридцатых — тоже сугубо столичными. К слову, помпейский стиль — это уже не монопольный «couleur  soviétique», а вполне глобальная архитектурная мода 1930-х, составляющая знойного, тревожного и пленительного ар-деко.

В помпейство в то время поиграли все мало-мальски модные  города мира — от столиц до успешных областных центров (вроде богатой приморской Хиросимы). Поиграли, не боясь увидеть в этом романе со страшно погибшим античным городом никаких дурных предзнаменований лично для себя. Впрочем, накаркали и накликали  лишь  немногие особо невезучие города. Для большинства же помпейство — не более чем один из стилей. Очень милый, кстати сочетающий имперскую монументальность и изящную праздничность.  Эти тонкие колоннады, упругие арки, цветные штукатурки  в нарядных контрастах — ну прелесть же! Тот самый «витамин солнца», до которого так жаден Новосибирск.

Ар-деко, состоящий со сталинским ордерным стилем в непрямом, но зримом родстве, — эстетика, тоже востребованная в нынешнем Новосибирске. И тоже вполне родная. Стоквартирный дом А. Д. Крячкова — это, между прочим, эталонный по чистоте образец ар-деко. Что и было в свое время признано в Париже — в очаге и зачинателе этого веяния. Комплекс Моntblanc, построенный ГК «Сибмонтажспецстрой» на улице Революции — это как раз ар-деко. Но не советский, тяготеющий к горизонтали, к дворцовой шири, а поджарый американский, с вертикалями пилонов и уступов. Кстати, именно ГК «Сибмонтажспецстрой» вывел статусную жилую архитектуру к воде — подхватив тренд, инициированный создателями ЖК «Марсель» и «Европейски берег».  У ГК «СМСС» целых два комплекса на обновленной и похорошевшей набережной — «Гранит» и «Михайловский». Да, «СМСС» — не зачинатель тренда. Но именно «Михайловский» и «Гранит» олицетворяют понятие «Дом на набережной» самым чеканным образом — буквально, как в романе Юрия Трифонова.

Дух места

Новый образ эстетически ценного новосибирского жилья определяют не только дома-гиганты, но и здания умеренно крупные, и средние. И совсем небольшие. Например, именно в срединном слое городской панорамы родился и зреет стиль, который, возможно, в ближайшем будущем будут называть типично новосибирским, сокрушив этим клише «Новосибирск — город без стиля».  В будущем — это лет через пять-десять, когда зданий в этой эстетике накопится в количестве, очевидном для всех, кто смотрит на город даже мельком. Первые репрезентанты этого стиля — здания, уже построенные и ныне возводимые ООО «СибирьИнвест» и ООО «Ариста» — «Милк  Хаус», комплексы на Ядринцевской и Зыряновской, комплекс «Золотая нива», «Красен Хаус» от  ООО «ВКД-1» (входит в ГК «Сибмонтажспецстрой») и, наконец, новейший фигурант этого списка — ЖК «Гудимов».

Все перечисленные здания примечательны отточенной архитектурной детализацией. Сделано без громоздкого украшательства, но с изящной вдумчивостью по отношению к мелочам — будь то подбор оттенков кирпичной кладки, дизайн балконных ограждений или рисунок оконных рам. А еще внимательный созерцатель легко разглядит в этих домах общие черты — черты, роднящие их друг с другом, выделяющие из общей массы. И складывающиеся в характерный, типичный именно для Новосибирска стиль.

Наконец-то найдено архитектурное выражение «новосибирскости». Выведена формула локального колорита для города, который на какой-либо колорит многими годами даже и не замахивался (не до того ему было).

Формула эта открытая — вписан в нее не только чикагский функционализм, но и архитектурная манера концерна «Брусника», и стиль «Метаприбора».

Дома от «Брусники/Сибакадемстроя»  — это такая затейливая простота, дающая  в итоге очень выразительные здания. И побуждающая других застройщиков эти эффектные находки повторять у себя.  Подчеркнуто вертикальные окна, зрительно стройнящие здание и смещенные относительно друг друга (вплоть до эффекта мобильного фасада), контрастная игра холодных и теплых тонов, глухих плоскостей и стеклянного приволья — эти приемы, впервые появившись в домах «Сибакадемстроя» вскоре были подхвачены другими застройщиками, образовали ту самую «новосибирскую манеру». Аналогичным образом на строительное сообщество подействовали и дома от ГК «Метаприбор» — здания, в чьем облике рационализм немецко-скандинавского толка сочетается с почти скульптурной выразительностью.

Исцеление комплексов

 «Брусника» и «Метаприбор» значимы для города еще и тем, что именно они вернули эстетическую полновесность понятиям «жилмассив» и «микрорайон», явили городу новые концепты и новое качество комплексной застройки. И теперь при слове «микрорайон» новосибирец вспоминает не только серый кошмар Плехановского, но и уютную квартальную застройку «Европейского берега», и фасадную элегантность «Панорамы», и мягкий модернизм «Оазиса».

От штучных домов-звезд к выразительной комплексной застройке — такова логика прогресса новосибирской жилищной архитектуры. Значимо, что в процесс этот включились не только застройщики, работающие в верхнем рыночном сегменте, но и те, кто облюбовал «середину» и даже эконом-сектор.

Для массовой застройки средством эстетического усиления, средством архитектурной реабилитации стала работа с цветовым решением фасадов и с пространственной аранжировкой домов — за счет ландшафтного дизайна, малых форм, спортивно-игровой инфраструктуры.

Показательны в этом смысле воплощенные проекты компаний «Вира-Строй», «ТДСК» и   «Сибирский Деловой Союз». Типичный дом доступного сегмента — это «пластина» в 16-19 этажей, в силуэте и рельефе тут чудес и сенсаций не создашь. Но есть же цвет, есть оригинальные способы работы с плоскостями. «Вира-Строй» и «СДС» именно это ресурс используют активно. «Вирастроевские» дома с яркой модернистской графикой фасадов радикально отличаются от собратьев по сегменту.

Пиксельные рисунки, гигантские минималистические матрешки, цветы, всплески волн и авиационная символика — подход «Вира-Строй» к аранжировке своих фасадов уже опознается как узнаваемый стиль. ЖК «Венеция» от «Сибирского делового союза» — фасадный дизайн без рисованных образов, но с читаемой цветовой символикой — в гамме муранского стекла. Муранские бусы — один из узнаваемых символов Венеции, но не такой приевшийся, как гондолы и маски. Интересно, что панельные дома «Венеции» отличаются от всех инженерных аналогов — у них нет предыстории в советском домостроении, ибо к серии «СДС-2010/15» приложил руку немецкий концерн EBAWE.

Панельный конструктив зданий полностью скрыт фасадным слоем, так что непосвященный взор даже не опознает в них «панельки».

Бижутерную нарядность этого комплекса не все восприняли благожелательно. Критики сетуют, что муранская пестрота «Венеции» конфликтует с терракотовой строгостью «Ясного берега» — соседнего жилмассива от ГК «Метаприбор». Который, кстати, признан лучшим жилищным проектом комфорт-класса на нескольких девелоперских конгрессах подряд.   

Визуальный спор домов-бус с багрово-серебристыми гигантами «Ясного берега» отрицать и впрямь невозможно. Зато дома «Венеции» очень органично скоординированы с аквапарком — смотрятся практически как единый визуальный блок.  

Такие цветовые прорывы подтолкнули к творчеству даже тех, кто числился в хейт-листе. Например, лидерами горячей общественной анти-любви долго были новостройки от  треста «КраснообскМонтажСпецСтрой» (КМСС) — почти неразличимые между собой 25-этажные дома-бруски, облаченные в бежевый керамогранит. «Благодаря» их калиброванной одинаковости, панорама Новосибирска все больше начинала напоминать массажную щетку. Перемены, однако, проросли и тут: новейшие дома от «КМСС» — это и более фантазийные цвета в фасадной палитре, и даже световой дизайн фасадов. Впрочем, шпалообразная форма зданий не поменялась. Но не все же сразу!

 Что теперь? Куда дальше?

Этими вопросами  строительная отрасль задается солидарно, и ответы вариативны. Ибо даже ходовой ответ «Вширь и ввысь» имеет нюансы.

С компонентом «вширь» все понятно: горячим трендом стали архитектурно выразительные комплексы в рекреационном поясе и предместьях Новосибирска. Законодатели жанра тут «Жуковка», «Flora&Fauna», «Da Vinci», «Эволюция», «Горки Академпарка».

13

15

А вот «ввысь» — аспект более туманный. Потому что Новосибирск долгие годы не может пробить отметку «30 этажей» — отметку, дающую и новый тонус городскому ландшафту, и новый эго-оттенок самому городу.  Все попытки хотя бы приблизиться к заветной отметке застревают либо в экономических изъянах проекта, либо в вялой, но удушливой ярости ревнителей традиций. Которые в своих грезах упорно видят Новосибирск не мегаполисом, а какой-то zoom-копией Томска или Иркутска.

Как бы то ни было, грезы эти — довольно вязкое препятствие на пути к собственным небоскребам. На этой стезе Новосибирск обойден уже не только Екатеринбургом, Красноярском и Пермью, а теперь еще и Владивостоком, и Хабаровском. Которые, к слову, даже не миллионники. Сейчас первая высотка 30+ строится в Ижевске.

Урбанисты, которые видят в Новосибирске давно состоявшийся мегаполис, а не заготовку второго Томска, уже заговорили о «санпаулизации». Феномен назван по имени бразильского города Сан-Паулу. Суть его в том самом «щеточном эффекте» — накоплении в городской панораме одинаковых, одновысотных 25-этажек. Сан-Паулу тут абсолютный лидер. И с авиационной высоты он напоминает уже даже не щетку, а ковровый ворс.

А поскольку Новосибирск по воле самой природы — город в основном равнинный, унылая «щетка» тут тоже образуется очень быстро. Ее зубья уже вовсю множатся — плоскость 9-этажек превращается в такую же плоскость 25-этажек.

Впрочем, рефлексия по тому поводу уже есть. А значит, все отнюдь не безнадежно. Новосибирск вообще умеет прорываться.