— Расскажу две истории. В Новосибирске было Западно-Сибирское речное пароходство, которое перевозило по реке около 50 млн тонн грузов в год. Оно было хозяином реки, мощной компанией. Потом пароходство продали «Восток-Газпрому», баржи и т. д. были попилены, проданы на металлолом, ушли в Красноярск или в Томск, где сейчас создана мощнейшая судостроительная компания. То есть в Томск из Новосибирска ушла вся налоговая база.

Раньше в Новосибирске базировался рыбфлот, в Затоне был создан РЭБ (ремонтно-эксплуатационная база) — мощная судоремонтная компания, созданы каналы, в которые могли заходить 3000-е баржи (сейчас создать такую инфраструктуру невозможно даже за деньги). Но эта земля каким-то образом была передана под жилищную застройку, и «Томская домостроительная компания» (ТДСК) построила там жилье. Ремонтная база была разрушена, а если в Новосибирске не будет РЭБа, не будет и речного флота. Я тогда пытался найти хозяина реки и не нашел. Ни в мэрии, ни в правительстве области. Вроде бы это Галлямов (Руководитель территориального управления Росимущества в Новосибирской области Олег Галлямов. — Ред.), но не Галлямов, Борисенко (Руководитель Верхне-Обского бассейнового водного управления Василий Борисенко. — Ред.), но не Борисенко, Павлушкин (Директор ФБУ «Администрация Обского бассейна внутренних водных путей. — Ред.), транспортный или природоохранный прокурор? Никого не нашел. На совещании у замгубернатора Сергея Семки я просил: «Не допустите преступления, то что вы сейчас сделаете исправить будет невозможно…» И тем не менее — РЭБ уничтожен, слип снесен, а все суда ушли на ремонт в Самуськи (поселок в Томской области). Вот и все, что произошло.

Вторая история. Новосибирск стоит на прекрасной реке, а относимся мы к ней как к помойке. Недавно сделали Михайловскую набережную, потратили на нее около 600-800 млн рублей. Я спрашиваю Анну Терешкову, зам-мэра Новосибирска, человека который эксплуатирует эту набережную: «А кто ухаживает за стенкой набережной, которая сейчас разрушается?» Если бы они ее строили, то она сегодня стоила бы 600 млрд. Кто следит за водой, которая примыкает к набережной? Кто убирает с берега мусор, который бросают люди, прогуливающиеся по набережной? Никто — нет договора. В этом есть проблема, потому что здесь соприкасаются водные и земельные интересы.

С городом, в принципе, все понятно. У него есть какой-то большой генплан, но когда он подходит к воде, в силу вступает водное законодательство, так как Обь — это федеральная река. И вот тут наступает момент истины. Есть береговая линия и частник, который берет водную гладь в аренду. При этом Верхне-Обское бассейновое управление, подписывая документы, часто не обращает внимание на землю. Они вызывают геодезистов, те ставят точки, и даже не видят, что границы обозначенного ими водного объекта залазят на границы земельного участка, и это создает конфликт. Государство само провоцирует преступления, которые совершаются на его территории.

А затем ситуация усугубляется, Минприроды по контракту выбирает компанию для нанесения береговой линии, и подрядчик, не выезжая на место, из Москвы, с помощью Google-карт по каким-то отметкам делает нарезку участков береговой линии. Непонятно, что с этим делать, но это уже коррупционный прецедент. Тут же природоохранная прокуратура идет на этот земельный участок, смотрит, что на нем проложена береговая линия, подает в суд и забирает участок или сносит объекты, которые на нем находятся. Вот что происходит.

Это лишь 0,1% от существующих проблем. Мы живем в стране, где, к сожалению, многое несовершенно: законодательство, общество и т. д. Нет ничего определенного. Сейчас на круглом столе мы подняли небольшой пласт проблем, с которыми сталкиваются инвесторы при реализации инвестиционных проектов на землях лесного фонда, городских лесов и водоохранных зонах, и никто не знает, как их решать. Это достойно системной работы. Александру Зырянову (Гендиректор АО «Агентство инвестиционного развития Новосибирской области». — Ред.) нужно убедить субъект федерации создать какую-то комиссию, проектный офис, чтобы консолидировать все силы субъекта в решении вопросов, касающихся реки, водоохраной зоны, чтобы у реки появился хозяин.

Если у Александра Зырянова хватит возможность убедить губернатора в том, что должна образоваться какая-то группа, комиссия, которые будут наделены такими правами, чтобы ни Кондратьев (Алексей Кондратьев, заместитель мэра — начальник департамента строительства и архитектуры мэрии города Новосибирска. — Ред.), ни Жигульский (Георгий Жигульский, начальник департамента земельных и имущественных отношений мэрии города Новосибирска. — Ред.), ни Павлушкин не могли поставить свою подпись без их согласования, без особого разбирательства в этом вопросе, чтобы было принято здравое решение на основе здравого смысла — береговая линия у нас не такая уж большая: от Ордынки до Северного объезда. А мы все это будем поддерживать и развивать.

Кстати, мы в следующем году сдадим прекраснейший проект между четвертым и Коммунальным мостом. Приведем в порядок береговую линию, сделаем прекрасную стенку, озеро и рекреационный парк.

Материал подготовлен по выступлению Вольдемара Басалаева на круглом столе «Реализация инвестиционных проектов в области туризма на землях лесного фонда, городских лесов и водоохранных зонах» в НГУЭУ.
Фото предоставлено пресс-службой НГУЭУ