Директор HR-центра, руководитель комитета по развитию и управлению персоналом, вице-председатель Новосибирского областного отделения «ОПОРА РОССИИ» Алла Литвинова рассказала Infopro54 о массовых сокращениях «белых воротничков», об ужесточении конкуренции за вакансии в этой сфере, а также о том, почему ликвидация целых отделов может в перспективе дорого обойтись компании.

Тренд на сокращение

— Алла, судя по комментариям в соцсетях, на рынке РФ идет серьезное сокращение сотрудников HR-отделов. Насколько этот тренд актуален для Новосибирска?

— Подтверждаю: в Новосибирске компании также массово сокращают HR-специалистов и оставляют либо рекрутеров, либо сильнейших HR-директоров. Все зависит от уровня компании, от количества людей в штате и т.д. Однако хочу сделать важную ремарку: массово сокращают не только HR-специалистов. Идет тотальное сокращение маркетологов, веб-дизайнеров, SMM-специалистов, юристов, экономистов, логистов, менеджеров по закупкам, офис-менеджеров, бизнес-ассистентов и т.д. То есть сокращение происходит в большом количестве отраслей, где работают «белые воротнички», так как на рынке продолжается экономический кризис, бизнес оптимизирует свои затраты и сокращает штаты, а также активно внедряет ИИ. Количество резюме этих специалистов на рынке труда также выросло. Например, по позиции маркетолога рост на 19%. На позицию HR-специалиста на одну вакансию приходятся минимум три кандидата. Одним словом, тренд неутешительный.

Хотела бы подсветить еще один момент. Сейчас в соцсетях пошло обсуждение: «раз HR сокращают, значит от них нет пользы». Польза есть, но, во-первых, HR должен быть профессиональным, с профильным образованием, и он должен работать по призванию. Во-вторых, HR должен уметь работать со всеми новыми инструментами: аналитикой, искусственным интеллектом, он должен следить за трендами на рынке труда. Если HR работает по старинке, то, конечно, он компании не нужен. И это справедливо не только для рекрутеров, но и для всех специалистов, которые сейчас попадают под сокращение. Если сотрудники не меняются, не развиваются, то через какое-то время они становятся компании не нужны. Именно в кризис выявляются те кадры, что «сидели в офисе за зарплату» и ничего не делали.

— По вашим оценкам, этот тренд сохранится? То, что мы сейчас наблюдаем, это еще не пик сокращений?

— Я предполагаю, что в целом тренд на сокращение персонала продолжится до конца 2026 года, а в ряде отраслей затронет и 2027-й. Многие компании сейчас занимаются оптимизацией бизнес-процессов, «перетряхивают» кадры. Кто-то уже приспособился к новым реалиями и ужался, а до кого-то кризис только докатывается.

Век суперсотрудников

— Как в такой ситуации будет трансформироваться рынок? Компании будут активнее привлекать сотрудников на фрилансе и аутсорсинге, чтобы закрыть необходимые компетенции? Либо все больше задач перекладывать на ИИ?

— Роль ИИ, безусловно, будет расти. Но чтобы привлечь искусственный интеллект к работе, перед ним нужно правильно поставить задачу, составить техническое задание. Если сам собственник не HR, не юрист, не маркетолог, то ему будет крайне сложно это сделать. Именно поэтому сейчас сформировался еще один тренд ― на суперквалифицированных специалистов. Они в штате компании останутся. Или же компания будет их привлекать на аутсорсинге и тратить на это деньги. Еще раз подчеркну, что любой кризис для рынка — это лакмусовая бумажка: тот, кто делал свою работу хорошо, будет в выигрыше, а тот, кто отсиживался за спинами коллег, пойдет на выход. Сейчас наступает век суперсотрудников, когда человек умеет делать не только свою работу, но еще и может помочь своему коллеге.

В целом, в режиме большой оптимизации я ожидаю рост обращений к аутсорсингу в части привлечения бухгалтеров, юристов, HR. Например, мы сейчас наблюдаем всплеск заявок от компаний, которые сократили своих рекрутеров, так как им не нужно каждый месяц подбирать персонал, а разово специалистов для того, чтобы закрыть нужную вакансию, они ищут с помощью кадровых агентств. Сегодня им этого достаточно.

Но, думаю, после того как бизнес оправится от кризиса, они снова начнут уходить от аутсорсинга и набирать штатных специалистов. После 2027 года.

Кстати, лично я не считаю, что обращаться на аутсорсинг — это правильное решение, как и сокращение HR-отделов. Нужно посчитать КПД такого решения ― принесет ли оно компании прибыль? Дело в том, что в кризисы 2000-го, 2008-го, 2016-го многие компании сокращали маркетологов. И в итоге оказалось, что те, кто принял такое решение, оказались в проигрыше, так как маркетинг — это движущая сила компании, привлекающая клиентов.

— Когда можно будет сделать выводы о последствиях сокращения HR-специалистов?

— Если говорить о кардинальном сокращении HR-отдела, то его последствия можно будет оцифровать буквально через год. Я прогнозирую, что полностью выкашивать весь отдел персонала — это очень плохая стратегия. Кто будет заниматься удержанием, мотивацией персонала, вовлечением специалистов, чтобы они становились патриотами компании? Самому собственнику часто некогда с этим работать, а наемный генеральный директор не всегда обладает необходимыми HR-компетенциями.

Конкуренция ужесточается

— Вы говорите, что сейчас делается ставка на суперпрофессионалов. Что происходит с теми, кто не входит в эту категорию? Куда они уходят?

— Сначала они отчаянно ищут работу на той же должности, на которой работали ранее. Однако таких вакансий на рынке стало гораздо меньше, чем предложений от кандидатов. Поэтому соискатели ходят по собеседованиям один-два месяца, думая, что смогут найти такую же работу за такие же деньги, как получали ранее, а то и больше.

Но они сталкиваются с очень ярким разочарованием, потому что зарплаты в Новосибирске в 2025 году снизились на 20% по отношению к 2024-му году.

— Эта динамика сохраняется в 2026-м?

— Я бы сказала, что сейчас наблюдается некая стагнация. Увеличение если и есть, то на каких-то точечных должностях, где острый кадровый дефицит. Зарплаты повышают в медицине, розничной торговле, в продажах, на промышленном производстве: инженерам, рабочим по ряду специальностей.

После того как кандидаты походят пару месяцев по рынку, они начинают снижать планку ожиданий и смотреть другие вакансии, так как у них заканчивается финансовая подушка. Например, идут в курьеры, в такси, где деньги можно получать каждый день. Еще через пару месяцев они начинают искать переподготовку по тем вакансиям, на которые есть спрос, так как понимают, что по профилю на рынок выходит все больше кандидатов ― и конкурс на появляющиеся вакансии становится все жестче. У людей начинается паника, так как семью нужно кормить, и они расширяют поиски работы.

— Вы отметили, что соискатели проходят переподготовку. Какова вероятность, что после этого они уйдут из первой профессии, и в перспективе, при росте рынка уже этих специалистов будет не хватать?

— Я не ожидаю, что у нас в принципе будет дефицит «белых воротничков», так как их слишком много. Кроме того, те кто переквалифицировался, могут в любой момент вернуться в свою профессию. Они же не по любви сейчас принимают решение о переподготовке, а от безысходности. Поэтому условный кадровый резерв на такие вакансии будет. К тому же по этим специальностям вузы и колледжи продолжают подготовку специалистов.

И третий важный момент: как я уже говорила, многие специальности сейчас активно замещаются искусственным интеллектом. Если ранее в компании работали пять юристов, то сейчас руководитель юридического отдела и обычный юрист могут вдвоем заменить пятерых человек, используя искусственный интеллект.

Кто реально нужен работодателям

— Какую еще трансформацию рынка труда вы ожидаете? Возможно, будут развиваться новые тренды, которые сейчас только начинают формироваться?

— Сейчас большой кадровый дефицит в медицине, поэтому в медицинские колледжи идет очень большой поток желающих учиться на медсестру. При этом в медколледжи идут очень много людей в возрасте за 40 лет, то есть совершенно не студенческом, и они осознанно хотят учиться этой профессии.

Сегодня женщины активно осваивают традиционно мужские рабочие, ремесленные профессии. Некоторые готовы учиться на сварщика. Другой вопрос ― насколько это возможно? Женщин начинают брать на шиномонтаж, на СТО, причем в крупные сетевые компании.

Привлекательными являются аграрные специальности, так как в обществе идет популяризация сельского хозяйства, и соискатели полагают, что в эту сферу ИИ придет не скоро, нейросеть не заменит еду, коров и т.д., то есть надеются на определенную стабильность при выборе аграрных профессий.

— Они сами принимают такие решения или после каких-то карьерных консультаций?

— Чаще всего сами, так как у многих сейчас физически нет средств на карьерные консультации. Хотя некоторые обращаются в центры занятости, где оказывается такая поддержка. Лично я рекомендую всем, у кого нет денег на каких-то суперлюксовых карьерных консультантов, обратиться в государственный центр занятости, потому что человек может подумать, что ему пора поступать в медколледж, а на самом деле у него больше способностей к другой работе ― и взрослая профориентация позволит это выявить.

— По вашим оценкам, как в перспективе будет осуществляться выбор профессии? С оглядкой на искусственный интеллект? К чему уже сейчас готовиться людям, тем же школьникам, студентам?

— Как минимум сейчас необходимо, чтобы школы на регулярной основе ездили в разные компании на Дни открытых дверей и знакомили подростков с разными профессиями, чтобы представители реального производства и бизнеса рассказывали о том, кто им нужен, о том, какие специальности отмирают. Например, у нас в регионе при поддержке Министерства образования реализуется проект «Билет в будущее». Дети знакомятся с работой специалистов разных заводов, компаний и понимают, что профессий гораздо больше, чем самые известные учитель-врач-пожарный-блогер. Родители тоже должны задуматься, что их дети знают о профессиях.

Кроме того, необходимо осознавать, что в любую профессию сегодня интегрируется ИИ. Где-то больше, где-то пока меньше, но он есть уже практически везде. Там, где его нет, компании либо постепенно уйдут с рынка, либо у них нет конкурентов ― и нет смысла работать с нейросетями. Сегодня нужно уметь использовать ИИ в любой профессии: на стройке, на производстве и т.д.

Также нужно объяснять детям, что мир вокруг нас меняется с огромной скоростью. Те знания, которые они получат в институте, могут устареть, когда им выдадут диплом. Я бы сейчас ввела во все вузы и колледжи обучение личностным компетенциям, то есть учила студентов навыкам прокачки эмоционального интеллекта, стойкости и готовности к изменениям, стрессоустойчивости, профилактики эмоционального выгорания. Сейчас многие люди живут в постоянно тревоге, так как не успевают учиться работать в новых реалиях и остаются в последнем вагоне, а иногда и не успевают в него запрыгнуть. Тревожность растет во всем обществе, и это подтверждается статистикой фармкомпаний: огромный рост показывают продажи антидепрессантов, нейролептиков, которые в перспективе будут оказывать негативное влияние на рождаемость.

Ранее редакция сообщала о том, что в логистике и ритейле Новосибирска вырос спрос на временные кадры. Формат посменной подработки становится осознанной стратегией для бизнеса и соискателей.